— О, а вот и ты, — радостно хлопнула в ладоши наемница. — Прямо по расписанию.
Феникс же в свою очередь бросилась к нему на шею и стала расцеловывать в обе щеки, отчего магу сделалось немного неловко.
— Слава Богу ты живой, — сквозь слезы счастья твердила она, плотно прижимая мага к себе боясь отпустить. — Ты цел? Он тебя не сильно покалечил. Ах! Что у тебя с лицом? Тебе больно?
— Да в порядке, я, — рассмеялся маг, ее внезапной заботливости. — В полном порядке. Спасибо, что спасли меня.
— Вообще-то это сделали не мы а он, — скромно подметила наемница, указывая куда-то за спину мага.
— Кто? — не понял Готфрид оборачиваясь.
— Привет, — сказал красный дракон, улыбаясь как можно дружелюбнее.
Маг обалдевшим взглядом посмотрел, на девушек.
— Вы что с ума сошли? — поинтересовался он. — Ведь эта тварь нас всех сожрет в один присест. Я в этом уверен.
— Между прочим, — возмутилась Фелиция, — если бы не эта… этот дракон, — осеклась она, — то ты уже был бы скорее всего мертв.
— Спасибо большое, — выдавил из себя маг.
— Да пожалуйста, — ответил дракон продолжая расплываться в улыбке. — В конце концов, это же мой… — но договорить он не успел, так как неожиданно согнулся пополам, зарычал и превратился в тушканчика, который громко пискнув, скрылся в зарослях папоротника.
Все трое героев непонимающе между собой переглянулись.
— И что это было? — первой спросила наемница, неожиданно проваливаясь под землю, по самую шею.
Феникс даже пискнуть не успела, как оказалась в каком-то водном резервуаре, где не могла воспламениться.
— Ничто не удержит силы природы, — злобно шипя проговорил друид, выходя из-за кустов. Вся его медвежья шуба была изорвана, а лицо было в глубоких порезах и шрамах. Но не смотря на все это, друид по всей видимости не собирался отступать. — Я сделал тебе предложение, отдать мне твой камень, чтобы я его спрятал. Ты отказался. Теперь я сниму его с твоего трупа.
— Что ж, — Готфрид размял суставы, готовясь к очередной драки. — Раз это твой выбор. Давай начнем.
Друид коротко кивнул, тут же стал на четвереньки и начал превращаться в животное: у него стала отрастать густая шерсть, острые зубы и когти, сам он увеличился в размере, у него прилично выросла мускулатура. И в конце концов, перед Готфридом предстал огромный и злой медведь Гризли, чьи лапы были втрое больше человеческих. От такой картины Готфрид непроизвольно взглотнул. И хотя внешне не показывал своего страха, внутри все его мысли были, как быстрее спасти девушек и слинять отсюда, потому, как сражаться с этой зверюгой (также как и с драконом) — было равносильно самоубийству.
— Э-э! Так не честно, — обиженно буркнул маг. — Давай на равных.
На что медведь лишь покачал головой, оскалился и зарычал. Готфрид пытался изобразить нечто подобное но поперхнулся и закашлял, чем вызвал у друида подобие звериной усмешки.
— Ну ладно комок шерсти, — сквозь зубы процедил маг сплевывая на землю. — Давай поборемся, коль не шутишь, — и даже ничего не успел сделать, как полетел в сторону, от удара медвежьей лапы, ударяясь спиной об дерево, чуть не ломая позвоночник. К несчастью этот удар сильно оглушил мага, в результате чего ему нужно было время, чтобы восстановиться. Это давало медведю сильное преимущество, коим он тут же воспользовался. Взяв мага за грудки, он поднял его на уровень своего лица и издал сильный победный рык.
— Фу-у. — скривился Готфри, морща нос. — Приятель, а ты давно зубы чистил? — тем самым еще сильнее разозлив друида. Он перехватил мага в левую лапу и занес правую для решающего удара. Готфрид только сильно закрыл глаза и приготовился к смерти (потому как он не мог в данный момент вспомнить хоть одно боевое заклинание). И тут помощь пришла, как говориться, откуда не ждали: красный дракон, превращенный в тушканчика, с остервенением вцепился в заднюю правую лапу друида. Отчего тот вскрикнул от боли и быстро сбросил с себя грызуна, на секунду отвлекаясь и забывая о маге. Но этого ему было вполне достаточно, чтобы достать из-за пояса одну из прихваченных с собой бомб и бросить ее под ноги друиду. Последнее, что предстало перед магом это растерянное выражение морды медведя, и испуганные взгляды плененных девушек. Дальше следовала пустота и ощущение полета, а после Готфрид окончательно потерял сознание.
— Нормально, жить будет, — констатировала наемница, закончив перебинтовывать мага. Придя в себя Готфри разом открыл глаза и заметил, что они втроем в незнакомом ему помещении: с виду деревянный дом, но с металлическими решетками на окнах. Комната одна, но довольно обширная, на полу большая медвежья шкура, на стенах головы животных. Типичная избушка охотника. Довершала эту композицию большая двуспальная кровать, устеленная шкурами животных, на которой соответственно возлежал Готфрид и мягкий диванчик, в противоположном углу комнаты.