- ...ну че там, Суса? - нетерпеливо-приглушенно спрашивают где-то за стенкой. - Всë чисто? Старуха на месте?
Память освежается мгновенно. Я в старой тачке Сусаева. И нахожусь всë в той же гнилой компании. Разница лишь в том, что с пола меня переложили на сиденье, вот и всë. И машина уже не мчится, а припаркована где-то в непроглядном мраке.
- На месте, Глеб Юрьевич, - неохотно подтверждает унылый голос Сусаева и с надеждой предлагает: - Может, вам такси вызвать?.. Торопитесь же, наверное, ну чтоб залечь на безопасное дно понадежнее и...
- Не-а, - лениво отказывается пузан. - Мне ща безопаснее всего как раз возле волчаринской девчонки побыть. Так что завязывай со своим кудахтаньем, мамочка, мне это надоело. Чужое вранье по делу я понять могу, а вот лапшу с фальшивой заботой не перевариваю.
- Да я реально помочь хочу...
- Ага, ага, это ты рассказывай бабульке в домике. Насчет флешки-дубликата я в курсе, не переживай, если чë... Кстати, девка пришла в себя? Пора бы уже. Полчаса как сомлела. Иди проверь. А то бабка без нее типа живой-здоровой может запереться наглухо. И дверь ломай потом... неохота возиться...
Хоть голоса я и воспринимаю еле-еле, как сквозь толстую вату, но последние слова обо мне самой до сознания доходят. Так что я, не дожидаясь, пока меня силком начнут будить, с трудом принимаю сидячее положение.
И очень вовремя! Потому что дверца распахивается, и в проеме возникает серое пятно сусаевской остроносой рожи.
- А, очнулась? Отлично, - хмуро буркает он, слишком озабоченный своими мыслями, чтобы позубоскалить надо мной по привычке. - Встала и пошла!
Помогать он мне даже не думает. Но и не покрикивает, чтоб двигалась поживей. Видимо, уже и не торопится никуда из-за своего оборзевшего садиста-знакомого.
Пока я неловко выползаю из машины, взгляд цепляет очень знакомые очертания домов и дорожной развилки.
Пустынный дачный посёлок... и наш старенький крепкий домик со светящимся кухонным окном. Очевидно, баба Рева дома, готовит что-то.
Я панически кусаю губы. От эмоций меня снова лихорадит.
Это получается, Сусаев с маньячным дружком уже выяснили, что прачка подкинула ей опасный компромат?! Вот блин!.. Что теперь делать? Они же ни перед чем не остановятся! Для этих гадов нет почти ничего святого в жизни, и почтенный возраст человека вряд ли станет преградой их жестокости!.
Глаза щиплет соленой горечью поступающих слëз. Я быстро смаргиваю их и продолжаю отчаянно искать выход.
Но ничего умного в голову так и не приходит. Ситуация - ужасающе тупиковая! И каждый шаг в сторону калитки кажется настоящим предательством. А с другой стороны, даже если вдруг и получится сбежать прямо сейчас - это нисколько меня не выручит. Потому что бабуля всë равно окажется под ударом.
Господи... что же делать... что делать!?.
- Тэ-э-экс... - окидывает меня оценивающим взглядом пузан и с ухмылкой тыкает пальцем в калитку. - Правильные мужики даму пропускают вперëд. Прошу, мадемуазель!
Его скабрезность проходит мимо меня, даже не задев. Мысли мечутся, как угорелые, пока сквозь них не проступает одна-единственная интуитивная решимость...
Пусть всë будет как будет.
Одно знаю точно: свою бабулю я ни за что не брошу с этими уродами. И не сбегу никуда, даже если представится возможность. Пусть они забирают свою флешку и проваливают. А если только посмеют бабулю тронуть, я буду защищать ее до последнего вздоха!
Это твердое решение каким-то неведомым образом дает мне и силу, и внутреннюю опору. Как будто вдруг второе дыхание открылось. И даже страх отступает на второй план вместе с дрожащими поджилками.
Перед входом на крыльце я медлю пару мгновений. Пузан косится на мои связанные руки и проявляет инициативу - дергает дверь за ручку. Та, естественно, оказывается запертой. Тогда он небрежно стучит по дверному полотну с облупившейся краской и многозначительно грозит мне пальцем.
Из глубины домика раздается длинный, словно бы лающий, тяжелый кашель. И болезненно-дребезжащий бас хрипло интересуется:
- Хто это? Мариша, ты..?
Голос у бабы Ревы какой-то странноватый. К ее мужеподобному басу я, конечно, привычная, но сейчас он кажется слишком грубым и даже чужим. Наверное, из-за кашля охрип и сел немного... хотя вообще-то утром она вроде была совершенно здорова.
От неприятного тычка в бок непроизвольно вздрагиваю.