Кусаю Вульфа за плечо, вгоняя зубы в кожу. Он сбивается, едва не взрываясь.
– Куколка, ты собираешься кончать или нет? – рычит он на меня.
– Когда-нибудь...
Но тут он меня покидает! Отстраняется и выскальзывает. У меня стресс. Я полна возмущения. Но вылить его не успеваю. Сдергивая меня с машины, Вульф поворачивает к себе спиной и толкает вперед. Задирает юбку до талии, сдергивает вниз по ногам несчастное белье. Мои руки упираются в капот Феррари, когда его плоть – в мое оголенное лоно.
– О-о-о, – озвучиваю я свое восхищение, когда он снова проникает внутрь.
Второй раунд. Я прогибаюсь в спине и подаюсь попой навстречу бедрам своего партнера, чтобы только полнее ощутить его: твердого, большого, жаркого и скользкого. Прижимаюсь щекой к красному металлу, шепча ему о том, как мне хорошо. Взяв мою руку, Вульф направляет ее туда, где сливаются наши тела. Заставляет мучить клитор, моими и своими пальцами. Сам же наклоняется вперед. Его зубы царапают основание шеи, но тут же по царапинам пробегает влажный язык, так что у меня дыбенеют волосы. И я уже на грани. Распятая на капоте мощным телом зверя, обездвиженная, я в состоянии только чувствовать, как накатывают волны. Одна за одной, нагнетенные блаженством соития. И наконец-то...
– Да! Да! – кричу я, настигнутая разрядкой.
В черной-черной машине поворачивается в замке зажигания ключ. Заводится мотор. Перезаряжается обойма черного-черного Браунинга. Выжимается педаль газа. И черная-черная машина выезжает на трассу. Хантер снова в пути.
– Трепещи, моя добыча... Хе-хе-хе...
Надо же, презерватив порвался...
– Черт! – ругается Шляпка. – Это были самые большие.
– Ерунда это все, – говорю ей, выкидывая использованный латекс в кусты. – С ним вообще не интересно. И потом, у тебя не эта... не течка.
– Фу! Вульф! Что за словечко? Я тебе не одна из... из твоих.
– Ну откуда я знаю, как это у вас называется.
– Это не важно, – она натягивает на свои бедра красные трусики и одергивает юбку. Так вот они какие – красные! – Иди в машину, нам пора ехать.
Она садится за руль. Застегнув штаны и подобрав футболку, прыгаю рядом со Шляпкой. Мы не спеша выезжаем на трассу и ускоряемся на ровной дороге. Молчим.
Однако, ее амулет работает. В ответственный момент я не перекинулся и не съел ее. Это даже как-то радует. Куколка-то горячая, без всяких комплексов. Сама спровоцировала и теперь сидит довольная, поправляет шляпку на голове, деловито глядя в зеркало заднего вида. Ее блузка осталась без пуговиц, и теперь я видел полуобнаженною грудь в алом белье. М-м-м, какая же она...
– А! – вдруг кричит Шляпка, выруливая на обочину и выжимая тормоза. – Какой кошмар!
– Что случилось?! – не понимаю я, в панике оглядываясь назад, но ничего там не вижу. – Что?!.
– У меня помада размазалась! Ты что, сказать не мог? Да я похожа на клоуна.
Это и есть причина паники?! Она что, издевается?
– Я не обратил внимания.
– Ну, конечно.
Шляпка снова зарывается в свою сумку. Это копание длится бесконечно, пока она не находит влажные салфетки... в кармане двери. Но сумочные раскопки проходят не даром – Шляпка сразу достает помаду. Только я не даю ей нанести ее на губы, перехватывая руку.
– Все равно сотрется, – говорю ей.
– С чего это?
Не объясняя словами, я подаюсь к ней. И целую нежные губы, заканчивая поцелуй легким прикусом нижней из них. После чего тихо говорю:
– Выходи из машины.
– Зачем?
– Затем.
Она долго смотрит в мои глаза, словно ждет, когда страсть в них достигнет апогея. А потом вдруг начинает смеяться. Но этот смех нервный.
– Нет-нет-нет, погоди, красавчик. Мы, наверное, друг друга не так поняли. Секс был? Был. Вот и славно, на этом и закончим.
Она дергается к рулю. Но тогда я глушу мотор и вытаскиваю ключи из замка зажигания, зажимая их в ладони.
– Выходи, – требую от нее.
Она дрожит, но не от страха, а от страсти и предвкушения. Соблазнительно проводит языком по губам.