Глава 2. Мет Лейтон, уборщик.
Когда буря в магазине утихла и Жизель, упокоившись, но, все еще что-то ворча себе под нос, вернулась за кассу. Мет не спеша прошел мимо прилавков и холодильников с рыбой, вернул шоколадки на место, и направился досматривать фильм в темном углу своей крохотной подсобки. После происшествия с ребятами в помещении магазина не осталось не одного покупателя, стало так тихо, что Мету пришлось убавить на телевизоре звук, чтобы его мог слышать только он.
Удобно устроившись в своем кресле, уборщик откинулся на спинку и уставился на экран безо всякого интереса. Его мысли сейчас были заняты совсем другим, глядя на этих ребят, он вдруг подался в давно забытые отложенные в самый потаенный ящичек сознания, воспоминания. Воспоминая о мгновенно промелькнувшем детстве и своих старых друзьях. Старик уже давненько не думал о прожитых когда-то годах, больше стараясь забыть все то, что он видел. Убеждая себя в том, что все это происходило с кем-то другим, и история случившаяся тогда вовсе не его.
Одновременно с этим Мет чувствовал укол совести, стараясь забыть своих лучших, своих единственных друзей. Он думал, что тем самым оскорбляет память о них. Их лица он помнил по фотографиям из старых пожелтевших газетных страниц, которыми был увешен чердак в его доме. Зачем он их хранил, Мет не знал. Тот самый чердак когда-то давно был их базой, именно там они частенько собирались вместе, продумывали своих хитрые планы, играли и веселились.
Глядя на этих ребят, что прогуливали школу сегодня утром и совершенно не случайно оказались в магазине, где он работал, Мет вспомнил о том веселом, беззаботном времени. Когда они вели себя как отпетые негодяи, бросая тухлые яйца и камни в стекла машин, протыкали колеса, воровали из тележки хот-доги, до того момента пока не попались. Ухмыляясь про себя, он вспоминает о бабушкиных розгах, и о том, как они все вместе прикладывали холод к своим пятым точкам, и еще с неделю не могли нормально сидеть.
Тот мальчик, что сегодня попался, был точь-в-точь таким же, как и он, когда старшие ребята подбивали его на свои гнусные проделки. Мет поначалу отнекивался, но ему как самому младшему все время приходилось кому-то что-то доказывать, чтобы оставаться в их компании. Даже не смотря на то, что главарем шайки был его старший брат, Мету от этого было нелегче. Старшие были не в восторге от того что им приходилось водиться с малышней вроде его, но как-то раз однажды он оказался им очень полезным, и именно с этого момента все их беды и начались.
Закончив смену в половине одиннадцатого, Мет подождал своего сменщика, парня который вечно опаздывал и, передав ему эстафету, отправился домой своим обычным путем мимо старого парка. Открыв ключом скрипучую дверь он, не включая в прихожей свет, проходит сразу в гостиную, на ощупь находит пульт, щелкает кнопкой и пока старый усеянный пауками ящик с ним разговаривает, нарезает себе бутерброды. Поужинав, старик принимает лекарства, ложится в холодную постель и, немного поворочавшись громко захрапев, засыпает.