Не успел Хворостовский что-либо выдать, как заговорщики переместились к небольшой площадке, где уже танцевали пересытившиеся искусством гости.
Мягкая, лирическая композиция лилась из динамиков. Пока основная масса обсуждала работы, Роза почувствовала, как ее притянули ближе. И пускай это был Ник, а не Руслан, девушка продолжала внутренне содрогаться.
Эмоциональная составная ее характера редко играла на руку молодой гостье. В сегодняшней, возникшей ситуации, она сбивала с толку, обескураживала, и подсказывала неправильные решения.
Шаг, поворот. Шаг, поворот.
Ее вели ненавязчиво, мягко. Никто не посягал на аппетитные зоны. Да и был Макаров, пожалуй, заложником обстоятельств в которых все они очутились. Ведь если бы Хворостовский не позвал на этот вечер одесситку, она бы не стала причиной спора братьев. Если бы не пришла белобрысая мымра, и не перебила бы их беседу, явно претендуя на внимание братьев, Роза не утащила бы фотографа танцевать. И тогда, они бы сейчас не находились так близко друг к другу.
И в итоге, кто проиграл? Кто выиграл?
- Не ревнуй, она давно в прошлом. – услышала голос спутника, и подняла на него глаза. – Я о Ирине.
-Я догадалась.
-Ну ты вообще барышня не глупая. – кивнул он ей. Задумавшись, как бы между прочим проговорил. – Думаю, понимаешь, что у каждого есть прошлое.
- А еще, нынешнее и будущее.
-А еще семья.
- И родственники.
-И друзья.
-И любовницы.
- Любовники.
Вновь переглянувшись, они прыснули от смеха. Партнер явно хотел еще что-то сказать, но передумал. Затем еле слышно выдохнул куда-то в район ее виска.
- И почему я не встретил тебя раньше?
На услышанное, роза лишь пожала плечами.
- Судьба.
-Карма.
- Все и сразу.
- Согласен.
Стрельнув глазами в сторону, где ранее оставила Хворостовского, насупилась. Мужчины там не было. Как в прочем, нигде не было видно и незваной гости.
Застыв на мгновение от неожиданности, одесситка сбилась сама и сбила с ритма фотографа. Проследив за ее взором, и сам нахмурился. Начал что-то лепетать, вот только Роза его уже не слушала. Пропускала мимо ушей все, о чем говорил.
- Ник, еще раз поздравляю с выставкой. Работы действительно шикарные. - осипшим голосом проговорила девушка, и тут же продолжила. – Прошу меня извинить, но я вынуждена покинуть этот приятный вечер. Надеюсь еще увидимся.
Развернулась, и направилась к выходу. А в голове, точно набат мысли: “Где Руслан?” и “И почему он ее оставил?”
Не обнаружив Хворостовского, решительно покинула выставочный зал. И лишь переступив порог, покидая кабину лифта на нужном этаже, внутренне содрогнулась.
Ключи!
Черт, она о них совсем забыла.
- Да, что с тобой, дурья башка? – ругала себя одесситка, опустившись на холодный пол, прямо под дверью. В голове плясали черти, и творился каламбур похлеще того, что в праздничные дни можно увидеть возле Одесского театра или цирка. – Когда это ты кому-то настолько отдавала власть над своей жизнью? С какого перепуга решила, что нужна ему, несмотря на все клятвы и заверения?
Пальцы сжимались в кулаки, а противная боль с ноткой пощипывания немного отрезвляла.
- Прокусила губы, - неохотно признала, скривившись. Поднявшись, даже не отряхивая платье, подошла к двери, ведущей на этажный балкон. Сделала шаг, и внутренне сжалась. Освежающий, морозный воздух хлестко ударил ее по лицу.
- Как-то все это неправильно. – глядя в темные дали, прошептали пухлые губки.
Звук раскрывшейся кабинки лифта был не слышен. Как в прочем, была далека от всех внешних звуков и она. Мыслями девушка снова и снова возвращалась к произошедшему накануне. Давать какую-то оценку – Русе или себе – не хотелось. Да и зачем? Что это изменит?
Ничего.
Здесь нужен другой подход.
Тихий шепот, теплое дыхание, и знакомый аромат парфюма.