- Хорошо, - сказал он.
- Все в порядке, верно?
Салим кивнул, слегка улыбнувшись:
- Все отлично, старик.
- Теперь расскажите, что я хочу знать. Салим взглянул на часы:
- Груз сейчас прибывает. Он на автобусе в девять пятнадцать из Эль Пасо. Это в Техасе. Ты встретишься с парнем по имени Лупо, мексиканцем. Он тебя узнает. Покажи ему свою полусотню и он скажет, в каком чемодане это дерьмо.
- Я могу вам доверять? Салим широко улыбнулся:
- Ага. Нам нужны твои деньги, но нам нужно и то, чтобы ты раскидал этот крэк по всей Сибири.
- Понятно, - ответил Виктор. - До свиданья.
Он протянул вперед ладонь, словно для рукопожатия. Когда же Салим протянул ему навстречу свою, из рукава Виктора соскользнул в пальцы пистолет. Всего пара секунд потребовалась ему, чтобы поднять свое смертельное, неслышное оружие и два раза выстрелить Салиму в голову. Крови пролилось на удивление мало. Ноги Бритоголового подогнулись, и он рухнул в туалетную кабинку.
Виктор прикрыл дверцу кабинки и спрятал пистолет обратно в рукав. Он поднял чемодан и спокойно вышел, уверенный, что когда тело Салима будет обнаружено, то на него посмотрят как лишь на еще один труп, на еще одно неразгаданное убийство в городе, которому не чуждо насилие.
Он вернулся на стоянку автобусов. На первом, который он заметил, значилось: "КАНАДА", но рядом с ним стоял другой - табличка над ветровым стеклом гласила: "ЭЛЬ ПАСО - ЧИКАГО". Пассажиры толпились у багажного отделения, подхватывая свои чемоданы и выбираясь наружу, либо спокойно ожидая, пока их обслужит носильщик. Один из носильщиков как раз возился с двумя объемистыми алюминиевыми чемоданами, владельца которых, однако, поблизости заметно не было. Виктор был уверен, что это как раз те, что нужно.
Стоящий рядом автобус на Канаду загружался, багажные отсеки его были открыты, дверь широко распахнута. Из толпы появился темный коротышка в костюме. Он направился прямо к Виктору.
- Извините, - произнес он с легким испанским акцентом. - Вы не разменяете сто долларов?
Виктор вытащил из кармана полбанкнота:
- Извините, помельче денег у меня нет. Он ловко сунул бумажку в ладонь Лупо, словно подавая чаевые за хорошее обслуживание официанту в дорогом ресторане. Лупо сравнил свою половинку с той, что передал ему Виктор. Стодолларовый банкнот был аккуратно разрезан так, чтобы номер его делился на две равные части. На банкноте было восемь цифр и две буквы: одна буква вначале и такая же в конце номера. На половинке Лупо значилось В 2567, а у Виктора 5093 В. На обеих сторонах банкнота номера совпадали.
Лупо улыбнулся и протянул Виктору две багажные квитанции.
- Ваш товар в серебристых кофрах, - он повернулся, словно желая уйти, но затем остановился. - У меня в Дуранго - это в Мексике - есть маленькая деревушка. Там приятно побывать.
- Я в этом уверен, - ответил Виктор, желая побыстрее получить свой груз и отправиться дальше. Лупо заговорщически понизил голос.
- Но еще приятнее в этом месте заниматься делом. Вы понимаете, что я имею в виду? Может, в следующий раз нам не понадобятся американские посредники.
Виктор кивнул:
- Вполне возможно.
Он не стал говорить этому человеку, что это более чем возможно, это уже наверняка. После того как он ограбил Бритоголовых и прикончил одного из них, было крайне маловероятно, что он хоть раз в будущем появится в Чикаго - а поставщик ему в дальнейшем еще потребуется. Кроме того, Виктору подумалось, что в Мексике работать будет попроще.
Мексиканец легко похлопал его по плечу.
- Не будем терять друг друга, старик. Лишь несколько секунд спустя Виктор сообразил, что Лупо унес с собою сто долларов. Впрочем, чего плакать о такой потере, когда у него в руках миллионы?
Он протянул квитанции носильщику. - Куда отвезти? К автомобильной стоянке?
- Нет, - ответил Виктор. - К канадскому автобусу.
Теперь он спокойно пересечет границу, заляжет на несколько дней в Монреале, потом двинется на восток, погрузив наркотики на польский грузовой корабль, о чем он уже договорился в Квебеке. А потом будет долгое, медленное, неудобное путешествие обратно в Россию.
Виктор постоял, посмотрел, как носильщик укладывает его багаж в автобус. Он заплатил ему хорошие чаевые, хотя и не настолько щедрые, чтобы тот запомнил его. Виктор позволил себе на минутку расслабиться. Автобус отправится через десять минут. И тогда он будет свободен.
Он обошел автобус, намереваясь войти и занять место. Но в нескольких шагах от двери его уже ждал Данко. В руке у него был пистолет.
- Не выйдет, - спокойно сказал Данко по-русски. Виктор окинул Данко долгим взглядом, стараясь припомнить, где же он совершил ошибку. Как тот смог его выследить? Он ведь все так отлично разработал, вплоть до того, что пожертвовал Кэт Манзетти - Виктор считал свой маневр чуть ли не гениальным, - и все равно Данко здесь, и в самую неподходящую минуту. Отыскать свою ошибку он так и не смог. Ну, да ладно. Позже на это еще будет время. Теперь нужно пришить Данко и сматываться. А чтобы убить того, потребуется не слишком много времени. Виктор улыбнулся.
- Ты с ума сошел, Иван, - сказал он по-английски. - Это же Америка. Ты не имеешь прав здесь.
- Пошли со мной, - рявкнул Данко, - или я пристрелю тебя немедленно, - и он поднял пистолет. И тут позади раздался голос:
- Отойдите, капитан. Прибыла чикагская полиция.
Это был Ридзик.
Глаза у Данко вспыхнули:
- Вы следили за мной?
- А вы соврали мне насчет ключа, - парировал Ридзик, не спуская глаз с Виктора. Сейчас не время давать ему возможность воспользоваться соперничеством между Данко и Ридзиком. - По-моему, теперь мы квиты.
- Я заберу его обратно.
- Не получится, - ответил Ридзик. - Он убил чикагского полисмена. Сначала им займется Чикаго.
Данко повернул пистолет и направил его на Ридзика. Арт отвернулся от Виктора и посмотрел на пистолет. Потом взглянул в глаза Данко. Ему не понравилось то, что он увидел в них: можно было не сомневаться, что Данко прикончит и Виктора и Ридзика, если тот встанет у Ивана на пути.
- Я выполняю приказ, - сказал Данко так, словно бы и не было последних нескольких дней, когда они вместе делили и опасность и шишки. Он заполучил своего пленника - и теперь либо пристрелит его, либо отвезет обратно.
- Приказы? Какие? Они что, приказывали вам в Москве стрелять в меня? Не валяйте дурака, Данко. Мы же здесь делаем доброе дело - мы отправим его в...
Вдоль автобуса, сгибаясь под тяжестью сумок, двигалась старая дама, собиравшаяся занять свое место. Проходя, она налетела на Данко. И начала уже, было, извиняться, когда заметила у него в руке пистолет. Дама решила, что тут происходит ограбление, если не что-нибудь похуже. Она мгновенно побледнела и закричала - так громко, что крик ее перекрыл даже шум движения.
У Виктора появился шанс. Он рванулся вперед, схватил даму за плечи и прикрылся ее телом от Данко. Данко стоял в нерешительности - и это дало Виктору возможность нырнуть в автобус. Дверь с шипением захлопнулась.
Данко выругался по-русски и бросился к автобусу. Теперь уже Ридзик не мог остановить его; да никто не станет с ним и спорить, если он пристрелит арестованного при попытке к бегству. Виктор прыгнул на сиденье водителя, подергал ручки и сумел пробудить к жизни большой и мощный двигатель. Раздался скрежет переключаемых скоростей - и гигантская туша автобуса рванулась вперед. Единственное, что оставалось Данко - отскочить с пути надвигающейся машины.
Виктор крутанул руль и нажал педаль газа, разворачивая автобус на площадке носом к выезду. Он боролся с управлением - и автобус, шатаясь из стороны в сторону, налетел на автомобиль, припаркованный неподалеку от входа на вокзал. Автобус отбросил его в сторону, сминая металл, словно простой картонный ящик. Ветровое стекло лопнуло, осколки полетели на мостовую.
На вокзале царил хаос. Полицейские выскочили, размахивая оружием и отдавая приказы, но никто их не слушал. Пассажиры кричали или просто, скорчившись, прижимались к стенам. Ридзик пребывал в состоянии бешенства. Ведь это его машину угробил Виктор.