Француз и шотландка не сговариваясь остановились, чтобы полюбоваться боковой стеной храма, прежде чем двинуться к мосту, переброшенному через Сену, и перейти на маленький остров, весь пропитанный историей. Несколько секунд они молчали, охваченные магией этой жемчужины готического стиля.
— Посмотри на этот островок, — заговорила Маргарет. — В Средние века его называли Еврейским островом. Там есть маленькая табличка, указывающая место, где умер Жак де Моле вскоре после того, как произнес свое знаменитое проклятие. Хуже не придумаешь!
— Почему?
— Потому что, как я уже говорила, гибель короля и Папы через несколько месяцев после убийства де Моле превратилась в один из краеугольных камней легенды о тамплиерах.
— То есть как?
— Тебе известно предание, что в последние минуты своей жизни Жак де Моле возвестил, что Папа и французский король меньше чем через год предстанут перед судом Господа?
— В чем тут проблема?
— В том, что люди веками продолжают выдумывать всякие события и случаи, чтобы создать новую версию истории.
— Все равно не понимаю.
— Только представь, насколько недостоверной выглядела бы история о возмездии тамплиеров, если бы их великий магистр, принимающий смерть на костре, не проклял бы своих палачей.
— Что ты имеешь в виду?
— Все очень просто. Могло случиться так, что король и Папа умерли сами по себе через несколько месяцев после казни Жака де Моле. Это и позволило кое-кому выдумать историю о проклятии.
— Так, значит, Жак де Моле перед сожжением на костре не произносил никакого проклятия?
— Я отвечу тебе вопросом. Почему мы так уверены в том, что Жак де Моле за несколько мгновений до гибели произнес свое ужасное проклятие?
Пьер остановился, сраженный этим величайшим открытием.
— Выходит, никакого проклятия не было?
— Какие у нас доказательства?
Журналист передернул плечами, словно отрясая с себя всякую ответственность.
— Не знаю, историк у нас ты.
— Забудь на секундочку о своей профессии и подумай вот о чем. Сколько людей могли быть свидетелями гибели Жака де Моле? — Маргарет обвела рукой открытое пространство перед собором. — Имей в виду, вероятно, почти все это место было занято самыми разнообразными строениями. Пространство средневековых городов ограничивали крепостные стены. Каждый акр земли за ними представлял большую ценность и не пропадал понапрасну. Так что старинный город — это короткие узкие улочки, немного площадей и совсем мало садов. Публичных садов не было вообще, хотя нам известно об изобилии зелени во дворах благородных семейств. Сколько народу могло собраться здесь в марте тысяча триста четырнадцатого года, чтобы стать свидетелями казни столь важной фигуры, как великий магистр ордена тамплиеров?
Пьер снова пожал плечами.
— Тысяча человек? Две? Пять? — не унималась Маргарет. — Допустим, речь идет о значимом событии, собравшем большое количество свидетелей. Предположим, что казнь Жака де Моле и Жоффруа де Шарне, сенешаля ордена тамплиеров, являлась привлекательным зрелищем, поглядеть на которое собрались многие, хотя и по совершенно различным причинам. Сюда стекались враги ордена — слишком многие завидовали тамплиерам. Конечно же, нашлись и такие люди, которых влекло сюда нездоровое любопытство. Им хотелось увидеть, как столь могущественный рыцарь примет смерть на костре. Возможно, в толпе оказались и переодетые тамплиеры, готовые при первой возможности с оружием в руках выступить на защиту своего магистра. Разумеется, Филипп Четвертый предвидел такую возможность и наводнил толпу своими агентами, дабы предотвратить вмешательство рыцарей и любую иную атаку. В итоге речь идет о нескольких тысячах зрителей, собравшихся на этом очень ограниченном пространстве.
— Да, здесь могло собраться не так уж много народу.
— Идем дальше. Никакая публичная казнь не обходилась без охраны. В нашем случае эту роль выполняли королевские солдаты. По-видимому, больших проблем у них возникнуть не могло, коль скоро речь идет о маленьком острове, где легко перекрыть доступ к месту предстоящей казни. Предположим также, что толпа хранила почтительное молчание, как и подобало в сложившихся обстоятельствах. Однако согласись, что даже в такой ситуации не все готовы соблюдать тишину. Люди по своей природе говорливы. К тому же в любой толпе всегда найдутся чудаки, готовые поделиться с кем угодно якобы секретными сведениями. Даже если предположить, что почти все зрители стояли молча — смерть всегда заставляет себя уважать, — были и такие, кто не держал рот на замке. Некоторые даже кричали во весь голос.