— Да. — Пьер не позаботился уточнить, что на самом деле Маргарет — шотландка.
— Она ушла около часу назад, вместе с двумя мужчинами.
Журналист пристально взглянул на собеседника, точно пытаясь что-то узнать по выражению его лица, и переспросил:
— С двумя мужчинами?
— Именно так, в элегантных черных костюмах.
Пьер вытащил пачку «Голуаз» и закурил.
— Снова ничего необычного?
— Нет, абсолютно ничего, — слегка пожал плечами, словно опять извиняясь, консьерж.
— Вы видели, как они заходили в дом?
— Мне очень жаль, месье Бланшар. По-видимому, в тот момент я как раз обходил этажи, собирал мешки с мусором.
— Входная дверь в это время оставалась открытой?
— Нет-нет! Они, наверное, вошли с кем-то из соседей. Может быть, им открыла ваша подруга. Как я и говорил, по внешности этих людей нельзя было предположить, что они способны на такое. — Консьерж со смесью удивления и вины обвел взглядом квартиру.
— Хотите, я помогу вам привести все в порядок?
Он успел уже войти в квартиру и перевернуть один из стульев.
— Оставьте, большое спасибо! Лучше уж ничего здесь не трогать до прихода полиции.
— Хотите, я позвоню?
Этот вопрос прозвучал даже как-то угодливо.
— Спасибо, я предпочитаю сделать это сам.
Консьерж лишь пожал плечами.
— Если я понадоблюсь, то только позовите…
Пьер любезно проводил его до двери, потом инстинктивно заперся на два оборота. Прежде чем приводить в порядок квартиру, ему следовало проделать то же самое с головой, а для этого было необходимо одиночество.
Годунов вышел из своего кабинета, на ходу застегивая плащ и привлекая к себе взгляды сослуживцев, занятых повседневными делами в этом относительно спокойном комиссариате. Инспектор Дюкен присоединился к шефу в коридоре. Он дожевывал кусок пиццы, завернутый в промасленную бумагу и прихлебывал лимонад из жестяной банки. Дюкен сделал последний глоток и запустил банку в урну с расстояния в полтора метра. Потом он вытер руки бумажной салфеткой, которую оставил в одной из цветочных кадок, стоявших при входе в комиссариат.
Инспектор не знал, куда они направляются, поскольку Годунов по внутреннему телефону сообщил ему только следующее: «Отрывайте задницу от стула, Дюкен. Есть работенка».
— Комиссар, нам куда? — спросил инспектор уже в машине, включая зажигание.
Видавший виды «Пежо-206», для близких знакомых — «сверчок», тут же отозвался на это мощным рыком.
— Улица Сен-Жиль, дом семь, — сказал Годунов.
— Что там стряслось?
Дюкен дожидался просвета на дороге, чтобы включиться в движение.
— Два мертвяка.
На перекрестке улиц Сент-Антуан и Тюренн, рядом с Пляс-де-Вож, полицейские угодили в пробку больше чем на четверть часа, хотя они и выставили мигалку на крышу автомобиля. Зато на улице Сен-Жиль было спокойно. Необычно смотрелись только трое жандармов, торчавших у подъезда дома номер семь.
Годунов, не останавливаясь, показал свой жетон. Жандармы козырнули в ответ.
— Где это?
— Второй этаж, направо, месье.
На лестнице комиссар расспрашивал полицейского, который отправился вместе с ним:
— Кто наверху?
— Двое наших, месье.
— Как узнали?
— Соседка позвонила. По ее словам, она заметила, что дверь в квартиру открыта, и несколько раз позвонила. Никто не отозвался, она решила войти и увидела…
На лестнице перед дверью стояли несколько человек. Они негромко переговаривались, но с появлением комиссара замолчали.
— Добрый вечер, — буркнул Годунов.
Комиссар назвал свою должность. Ему хватило одного взгляда, чтобы определить, что здесь собрались представители среднего класса, вполне зажиточная публика. Именно такие люди и проживали в этом квартале.
— Кто из вас звонил в полицию?
— Я, — раздался спокойный голос.
Это оказалась привлекательная дама лет около сорока. На ней был пиджачный костюм простого, но элегантного покроя, светлые волосы собраны на затылке. Она курила.
— Не могли бы вы задержаться и ответить на несколько вопросов?
Годунов улыбнулся своей обычной невидимой улыбкой, желая расположить к себе важную свидетельницу.
— Конечно.
— Большое спасибо. — Комиссар обернулся к жандарму: — Где трупы?
— В спальне, месье.
— Проводите мадам в гостиную. Я скоро подойду.
Годунов галантно пропустил даму вперед и зашагал по коридору.
Сцена в спальне была для него совсем не новой. Полицейский уже не мог сосчитать, сколько раз за четверть века службы он видел такое. Мужчина в возрасте и юная особа. Оба полуодетые, застигнуты на постели. Любовная драма?