— Володя, — подергала меня за руку подруга. — И что теперь будет? Нам не дадут квартиру?
— Не успеют, — усмехнулся я. — За 10 оставшихся минут Литва не отыграется, а вот что будет послезавтра с Киевом — это большой знак вопроса. Ты лучше скажи, когда будешь брать интервью у хоккейного ЦСКА? Мне бы с Харламовым переговорить.
На этих словах я покосился на живого, хоть и с палочкой, Всеволода Боброва, который сейчас сидел недалеко от нас в третьем ряду и перед игрой лично мне шепнул: «большое спасибо, Никон».
— Через неделю ЦСКА из Крыма приезжает в Москву, — пожала плечами Тамара. — Они будут готовиться к какому-то кубку чемпионов тогда я с ними и пообщаюсь.
— Вместе поедем, — кивнул я. — А за квартиру ты не беспокойся. Я её на зубах вытащу. Только у «Деда» попрошу прощения и перед Киевом что-нибудь придумаю.
К счастью, размочив счёт, футболисты «Жальгириса» выдохлись сами и снизили обороты. И до финального свистка больше опасных моментов ни у наших, ни у чужих ворот не возникало. Поэтому в конце 10 тысяч человек, скандируя: «Молодцы! Молодцы!», проводили команды громкими аплодисментами.
Глава 9
В тот же день после матча, когда вся команда поужинала, «Дед» вызвал меня для беседы. За окном уже стемнело, в распахнутую форточку вплывали стрёкот сверчков и еле различимое жужжание пчёл, которые всё ещё не угомонились. Николай Петрович заварил себе крепкого чая и целых тридцать секунд передвигал разные бумаги, блокноты и книги на своём рабочем столе. Наконец Старостин прекратил играть на моих нервах и спросил:
— Как думаешь, послезавтра сыграть против сборной Украины? Нас ведь устроит и ничья. Может быть, стоит придумать какое-нибудь оборонительное построение? А? Что молчишь? Дуешься на старика?
— Сам хорош, — буркнул я. — Никаких обид. Мне бы листочек почеркаться?
— Этого добра у меня полно, — усмехнулся «Дед» и протянул чистый мелованный лист формата А4, на которых обычно печатают диссертации и научные работы.
— Значит так, я посмотрел несколько матчей украинцев и кое-что для себя уяснил. — Я схватил ручку и принялся накидывать состав команды Лобановского:
_________________Дегтярёв.
Лозинский___Балтача___ Пьяных___Демьяненко.
________________ Коньков.
______Дорошенко____________Бессонов.
_________________ Юрчишин.
_______Хапсалис _____________Блохин.
— Странная получается картина. — Я почесал затылок, чтобы лучше соображалось. — У украинцев Дегтярёв и Пьяных из «Шахтёра», Дорошенко из «Черноморца», Юрчишин из «Карпат». Товарищ Лобановский не доверяет своим киевским динамовцам. А это значит, что у Валерия Васильевича не всё ладно в своём клубе. Наверное, у него конфликт с лидерами и он им намекает, что если те не угомоняться, то мэтр наберёт новых футболистов.
— Ну что? Что это нам даёт?
— Даёт понимание, почему у сборной Украины нет игры, почему футболисты часто действуют индивидуально. Эх, были бы мы посвежее — расколошматили бы команду Лобановского в пыль. Но позавчера накосячили с белорусами, и сегодня ерундой во втором тайме занимались. И сейчас нам на два периода просто не хватит сил.
Я тяжело вздохнул, встал и прошёлся по небольшой стандартной общаговской комнате. Как играть с физически мощными парнями в жёлто-синей форме я понятия не имел. Если встанем в глухую оборону, чего наша команда делать не умеет, то влетим по самые помидоры. Если начнём плести привычные кружева, то во втором тайме Украина нас раздавит.
— Так что ты предлагаешь? Я не понял? — Окликнул меня Старостин.
— Я предлагаю завтра всему коллективу футболистов устроить банный день и последующий массаж. А вечером привезти в Тарасовку американской кино, три штуки вряд, чтоб никто не шарахался, не искал приключений и чтоб в карты никто не резался. И самое главное, чтобы о футболе парни позабыли. Послезавтра в день игры врач проведёт обследование на предмет физического состояния, и уже тогда мы выберем стартовый состав.
— Н-да, — протянул «Дед». — Ладно, какое кино везти?
— «Рокки» — это раз. Про боксёра из американских трущоб. «Самый длинный ярд» — это два. Фильм про то, как заключённые играли в футбол против охраны.
— Так значит, уже сняли такую фильму? — Загрустил Николай Петрович, вспомнив лагерные годы.
— Там в американский футбол играют, навроде нашего регби. — Махнул я рукой. — Да и зэки американские такие откормленные, как будто срок мотают на овощебазе. А про ваш лагерный футбол ещё не скоро снимут. Да и сниму ли вообще. И наконец, третий фильм — «Кинг-Конг» пока последней версии 1976 года.
— Что значит пока последней?
— А то и значит, что про большую волосатую обезьяну буду снимать каждые десять лет. Ведь это народу нравится.
— Да, деньги не пахнут, — пробурчал «Дед» записав названные мной кинофильмы.