Но как только силы гостей стали таять, сказался один дополнительный день нашего отдыха. Защита действующего чемпиона СССР затрещала по швам. На 25-ой минуте отличный рейд в штрафную площадь «Динамо» совершил Вагиз Хидиятуллин. Он получил мяч около центра поля, сыграл в стеночку сначала с Гавриловым, затем с Черенковым, потом обыгрался с Родионовым и выскочил на ударную позицию в десяти метрах от ворот соперника. Я тоже стремительно пробежал параллельным курсом и открылся в такой позиции, из которой оставалась только не промахнуться по пустому углу ворот.
— Хидя! — Заорал я.
Но Вагиз, криво усмехнувшись ударил по мячу сам, попав точно в голкипера «Динамо» Отара Габелия.
— Оооо! — Разочарованно вздохнула публика, заскучав без забитых голов.
— Что это было, Хидя? — Спросил я, оттягиваясь вместе с опорным полузащитником к центру поля.
— Отвали, — пробурчал он.
— Ты Ладу что ли приревновал? Ты серьезно? Подумай головой — зачем мне твоя невеста? Когда у меня своя, ещё лучше.
— Я тебе не верю, — пробурчал Вагиз.
— Вы, б… играть собираетесь? — Прикрикнул на нас Гаврилов.
— Дурдом! — Бросил я и ринулся в борьбу, ведь тбилисские футболисты попёрли как раз через ближайший ко мне правый край атаки.
Саша Заваров удачно поборолся с Манучаром Мачаидзе, и вынудил того отдать пас на вышедшего после перерыва Давида Кипиани, которого всё ещё беспокоила травма. Именно поэтому я рванул на мяч гораздо раньше грузинского футболиста. Затем одним касанием прокинул футбольную сферу себе на ход, потом уже автоматически подпрыгнул вверх, ведь Кипиани, вытянувшись в струнку, выполнил очень опасный подкат. Но зато я выбежал на оперативный простор. Фанаты тут же завели кричалку про московский «Спартак», а остальная публика просто и без прикрас заорала:
— Давааай, Никон! Давааай!
Тридцать метров мной были съедены за три секунды, ну может быть за четыре, я не считал. И когда Сулаквелидзе и Чивадзе ринулись меня крушить, чтобы не дать вороваться в штрафную, я с носка левой ногой пихнул мяч чуть-чуть левее, на то самое место, куда уже устремился Сергей Родионов.
— Давааай, Радик! Даваааай! — Заголосили болельщики.
И в это самый момент наш юный форвард своим напором напомнил мне итальянского нападающего таранного типа Кристиана Вьери. Он влетел в штрафную площадь и, не замечая висящего на плечах Хинчагашвили, мощно пробил в правый нижний угол. Габелия невероятным образом среагировал, прыгнул, но не смог зацепить мяч даже кончиками пальцев, поэтому через секунду весь стадион буквально взорвался от восторга:
— Гоооол!
— Даааа! — Заорал сам Сергей и попал в объятья всей нашей красно-белой команды.
Счёт — 2: 0, который высветился на табло лужниковского стадиона, словно гвоздь, проколовший шину, выпустил весь пар и задор из тбилисских гостей. Атаки «Динамо» стали вялыми и какими-то обречёнными. Минут десять они попытались ещё что-то опасное соорудить, но усталость и травмы не позволили гостям показать всё, на что они способны. А нас московские зрители продолжали отчаянно гнать и гнать вперёд.
На 80-ой минуте Юра Гаврилов должен был поставить точку, вывели его на шикарную позицию, но мяч непослушно ушёл чуть выше перекладины. Ещё через три минуты Фёдор Черенков пробил на точность, красиво закрутив в дальнюю девятку из-за пределов штрафной площади. Но футбольный снаряд треснулся в крестовину и был выбит защитниками в белой форме куда подальше. Наконец, за минуту до конца игры мы получили возможность пробить штрафной удар в девятнадцати метрах от ворот тбилисского «Динамо».
— Ну, что Хидя, будешь на меня как ребёнок дуться? — Пробурчал я, установив мяч на точку, указанную главным судьёй. — Ещё раз повторяю, мне твоя невеста даром не нужна. Кстати, вон моя Тамара на трибуне сидит, а где твоя?
— Отвали, у неё съёмки, — буркнул в ответ Хидиятуллин.
— Вот! А если бы у меня с ней что-нибудь было, то она была бы здесь, логично? — Хитро усмехнулся я. — Бей. 100 % попадёшь.
Вагиз, недоверчиво посмотрел на мою ухмыляющуюся физиономию, отошёл на шесть метров, дождался свистка арбитра и, разбежавшись, врезал так, что мяч, словно ядро, просвистел мимо своих и чужих футболистов и с громким ударом вонзился в перекладину и улетел в аут. К сожалению, в ворота Хидя не попал. Но через тридцать секунд абсолютно все об этом позабыли, ведь Мирослав Ступар, издав трель свистка, объявил матч оконченным.