– Плохо это всё, плохо, – пророкотал Николай Петрович. – Давай поступим так, сегодня выйдем против «Пахтакора» основным боевым составом. Вечером у нас самолёт в Одессу. Там тоже сыграем основой.
– И как это решит проблему? – пробубнил я.
– Балда, – прошипел Андрей Петрович, – тебе же светит «Золотая бутса», которую никто из советских футболистов никогда не выигрывал. У тебя сейчас 40 мячей, вот и поможем тебе в этих двух играх пополнить бомбардирский счёт. После Одессы все игроки сборной страны полетят в Тбилиси. В Тбилиси никто к тебе не сунется, за это я ручаюсь. Спокойно отыграешь там матч против сборной ФРГ, а потом мы тебя спрячем.
– И на последнюю игру чемпионата СССР против ростовского СКА ты уже не полетишь, – добавил Николай Петрович. – Вот и считай: 21-го ноября игра с немцами, а 1-го декабря «Спартак» уже улетает в Марокко, где тебя тоже никто не тронет. Тебе нужно будет отсидеться всего-то девять дней.
– А потом, после Марокко? – кашлянул я, уже представляя глухую заснеженную лесную делянку и хижину лесника.
– После Марокко, не заезжая в Москву, полетишь на целый месяц отдыхать на какой-нибудь курорт социалистической Болгарии, мы тебе эту путёвку пробьём через московский горком партии, – криво усмехнулся Андрей Петрович. – В январе начнётся приз еженедельника «Неделя» и если в январе, нарушая все законы, Чурбанов тебя всё же потащит в «Динамо», то разгорится скандал на всю Европу.
– В январе вообще будет не до меня, – необдуманно буркнул я и, прокашлявшись, добавил, – мне почему-то так кажется. Думаю, что к январю начнётся заваруха в Афганистане, где уже сейчас не спокойно.
– Сейчас в мире вообще нет стабильности, – грустно улыбнулся Николай Петрович. – Беги, Никон, разминайся, – похлопал меня «дед» по плечу.
«Курица не птица, Болгария не заграница, – улыбнулся я про себя, посеменив к своим товарищам по команде. – Если мне гарантируют неприкосновенность в Тбилиси, значит, Андрей Старостин разговаривал с грузинскими ворами в законе, которых около двух сотен. Вопрос - что мешает Юрию Чурбанову договориться с другими ворами в законе, заплатив им более крупную сумму денег? Ничего. Сдаётся мне, что из Тбилиси будет на так-то просто ускользнуть, как это кажется братьям Старостиным».
***
Сама мысль, что сейчас все наши парни будут играть только на меня, сыграла со мной злую шутку. За первый тайм матча против «Пахтакора» я намазал столько, сколько это сделал за десять последних игр. На 5-й минуте головой промахнулся с 7-и метров по пустому углу ворот. Ещё через две минуты испортил идеальный пас Саши Заварова, который выкатил мяч на 11-метровую отметку, а я шибанул так, что футбольный снаряд полетел прямиком в большое электронное табло. На 23-ей минуте Юрий Гаврилов вывел меня одни на один, и мне не удалось переиграть вратаря Александра Яновского. Ещё примерно через 10 минут хорошую скидку головой сделал Саша Калашников. Я же, пробив с лёта, угодил мячом в штангу.
К сожалению, промахи - это неотъемлемая часть профессии футбольного форварда. Случается, что ударишь мимо ворот из-за того что в данный момент боролся с защитником соперника, вроде и не виноват, однако ночью снится почему-то именно этот промах. Словно мозг дорабатывает игровую ситуацию и выдаёт тебе запоздалый ответ: дескать тут надо было корпус положить чуть ниже и пробить не щёчкой, а шведкой и мяч был бы в сетке. Правда, толку от этих запоздалых ответов: практически никакого. Так как футбол - не шахматы, тут каждый миг по-своему уникален.
«Наиграл на ночной фильм ужасов, – думал я, шагая в перерыве в раздевалку. – Зато 50 тысяч ташкентских болельщиков рады и счастливы, что счёт на табло - 0:0. Спасибо, товарищ Никонов, за сегодняшний футбольный праздник. Приезжайте ещё. Нужно срочно взять себя в руки, почувствовать игру, почувствовать игровой ритм и поймать переменчивую волну удачи. И всё получится».
– Мужики, – сказал я, последним появившись в раздевалке, – простите за косорылость. С меня в Одессе газировка.
– А бег в противогазе? Тренировка координации тела по бразильской системе? – усмехался Юрий Гаврилов, повеселив парней.
– Давайте противогаз прибережём для Марокко, я здесь простудиться боюсь, – пробурчал я. – А сейчас большая просьба ко всем: не надо играть только на меня. Хрен с этой «Золотой бутсой». Действуем по обстановке. Если Федя Черенков, Саша Заваров или Серёжа Шавло в лучшей позиции, посуйте им.
– А мне? – возмутился Гаврилов.
– А Юрию Васильевичу пасуйте только тогда, когда не знаете, что делать с мячом, – хмыкнул я, снова рассмешив команду