Услышав ответ Гаврилова, немецкие корреспонденты громко загомонили, так как кто-то счёл его слишком смелым, а кто-то, после сегодняшнего футбольного спектакля, вдруг подумал, что их парням завтра придётся не сладко. Затем вопрос задали мне:
– Мистер Никонов, почему о вас нет никаких статистических данных по прошлым футбольным сезонам? Где вы играли до перехода в «Спартак»? Откуда взялась такая уверенная и невероятно результативная игра?
– Прошлый сезон я провёл в третьем по силе дивизионе чемпионате СССР, – ответил я, припоминая все прочитанные о прежнем себе сведения. – Команда называлась «Чкаловец» из города Новосибирска, и в ней я тоже забил почти два десятка мячей. Кончено, Высшая лига - это совсем другое дело. Однако у меня и партнёры совсем иного уровня. Я практически уверен, что многие спартаковцы не затерялись бы в лучших немецких командах.
– Вы хотеть перейти в мюнхенский «Бавария»? – вдруг спросил меня какой-то мужичок в смешной кепке с пампушкой наверху.
– Я хочу передать большой привет мюнхенским любителям футбола, – улыбнулся я, поражаясь наивности корреспондента. – Я не против приехать в Мюнхен в качестве туриста, погулять по городу, посмотреть его достопримечательности и музеи. Но играть всё ближайшие годы я планирую только за московский «Спартак» и за сборную СССР.
– Спасибо, спасибо, – замахал руками Николай Петрович Старостин, чтобы избавить нас от подобных щекотливых вопросов, за которые федерация футбола по головке не погладит, – нашим футболистам пора отдыхать, спасибо за внимание, спасибо, до встречи завтра на игре,
***
Как только закончился ужин, что изобиловал грузинскими мясными блюдами, у меня состоялось сразу два нелицеприятных разговора. Сначала меня подловил в фойе Константин Бесков и отчитал за акцию с приездом немецких журналистов на тренировочный товарищеский матч. Я, по мнению товарища Бескова, был молокососом, который ни хрена не смыслит ни в тактике, ни в теории, ни в международной политике.
– Я, между прочим, Константин Иванович, старался ради вашего же блага, – нагло хмыкнул я.
– В каком смысле?
– Завтра мы побеждаем мощную сборную ФРГ, – я зажал один палец на правой руке. – Послезавтра все газеты Советского союза напишут, что победа была одержана под руководством Николая Старостина и Константина Бескова.
– Ну и что будет послепослезавтра? – усмехнулся наш второй главный тренер.
– А потом вас пригласят возглавить футбольную команду Высшей лиги, – шепнул я. – Создадут все условия, предложат хороший гонорар и премии за победы. В сборной СССР, увы, много денег не заработать.
– Что ты мелешь? – зашипел Бесков. – Как мы их завтра победим, когда сегодня раскрыли все карты?
– В китайской книге «Искусство побеждать» есть такое изречение: «Если ты сильный, то покажи, что слаб; а если ты слабый, то покажи, что силён как никогда». – Улыбнулся я. – Пусть немцы подёргаются, пусть поломают голову над нашей загадочной командой. Китайская хитрость, Константин Иванович, и никакого мошенства, – загоготал я.
Затем, после Бескова, мне не дал спокойно посмотреть телевизор Анзор Кавазашвили.
– Ты зачем Отарику «закинул за шиворот»? – прошипел он, отведя меня в сторону.
– А вы хотели, чтобы это завтра исполнил немецкий нападающий Герд Мюллер или его коллега по «Баварии» Карл-Хайнц Румменигге? – проворчал я. – Это не я придумал, что вратарь должен быть ростом не ниже 185 сантиметров. Это веяния современного футбола.
– Кхе, – кашлянул Кавазашвили, - может ты и прав, – буркнул он. – Значит, завтра поставим Дасаева?
– Я буду голосовать за Рината, – кивнул я. – Виктор Чанов сейчас весь на нервах, его «Шахтёр» борется за серебро. Лёша Прудников сначала берёт два сложных мяча, а потом какого-нибудь дурака пропускает. Опыта маловато. Дасаев на данный момент лучшая кандидатура.
– Ладно, завтра устроим для них для всех ещё один небольшой тест, – задумчиво пробормотал Анзор Амберкович. – Теперь что касается денег от нашего местного вора в законе. Человек он нехороший. И с деньгами тебя кинет. Нужно было брать сразу всю сумму.
– Кто ж знал-то? – почесал я свой затылок. – Вроде выглядел дядечка солидно. А с другой стороны: 200 рублей - официальная премия от федерации, плюс 500 от этого мутного товарища. Итого 700. Жить можно.
– Аха, – усмехнулся Кавазашвили, – можно, если осторожно. Однако если мы завтра не выиграем, ты понимаешь - чем рискуешь?
– Всем, – прорычал я. – Я теперь вообще всем рискую.