— Пока нет, нельзя же, вы только из реанимации. Вы ждете родственников?
— Наверное, мне приснилось…
— Что именно?
— Парень, такой красивый, держал меня за руку, что-то шептал…
— Возможно, это лекарства дают такой побочный эффект.
— Наверное. Я посплю еще, хорошо?
— Конечно! Вы трудитесь как та пчелка, пчелка Майя, вам нужно хорошенько отдохнуть, — с этими словами девушка вышла.
— Пчелка Майя… — она закрыла глаза, и в голове возник образ улыбающегося юноши. — Это ведь ты меня так называл.
Маленькие радости
Поезд, пять утра. Глядя на название рассказа, вы наверняка подумали: сейчас пойдет про «чух-чух» и «тыдых-тыдых». Про всю эту романтику поездов: симфонические храпестры имени «Перевернись на другой бочок», чай с тех самых цейлонских вершин, в лучших традициях заваренный проводницей Зиной в стеклянном граненом стакане. Но нет, злой рок решил помешать проводнице Зине и всем ее коллегам выполнить норму продажи чайного блаженства и включил отопление на уровень «пекло». «Аварийное» окно в купе значило лишь одно: беги или умри. Пришлось выходить в коридор и открывать все возможные окна там. А также спасаться полотенцем, намоченным в умывальнике туалета.
Станция Львов. Две мадам, явно за тридцать, громко шествовали вдоль купе. За те тридцать, когда уже почти сорок, что леди предпочитали отрицать, щедро задобрив лица подростковым макияжем. Яркая одежда — в тон хозяйкам, естественно.
Делаю попытки заснуть. Но дивы решили обсудить последние новости бьюти-индустрии. В коридоре— так же романтичнее.
Гиалуронка в двадцать пять — это зло, а от ботокса обвисает кожа. Зато пилинги сметают все морщины и подтягивают лицо. Потом пошла душераздирающая история о девушке, которой не помогали чистки. Затем обоюдная похвала кожи друг друга. И еще куча историй непутевых подруг, собираемых лишь для того, чтобы вбить в морщины кроме тоналки еще и немного завышенной самооценки.
Мужчины, мои соседи, тоже ворочаются и не могут заснуть.
— Пять утра, пора становиться гуру ботокса и гиалуронки, — пошутила я, пытаясь избавиться от желания вколоть ботокс в язык этим балаболкам.
Мужчины понимающе гоготнули, но смирились.
«Так, ну у кого-то же должны быть яйца в этой комнате! Пойди, выскажи им!» — бурлил мой внутренний демон.
«С удовольствием, но так я точно не добьюсь результата. Попробую попросить вежливо», — отвечала моя ангельская сторона.
Выхожу из купе, мадам презрительно оценивают меня, но молчат. Достаю телефон: без пяти шесть! Неудивительно, что хочется огреть их чем-то тяжелым. Краткий курс косметологии длился уже час!
— Пять пятьдесят пять утра. Я уже послушала обо всем на свете: пилинги, чистки, маски, ботокс.
— И что?
— Люди пытаются спать.
Их лица выражали крайнюю степень недовольства. Если бы глаза могли быть идеально круглыми, сейчас они бы стали точно такими. Какая-то пигалица им тут на время указывает!
— А вы не у себя дома, дверь закройте! — надменно сказала та, что стояла подальше.
Мой внутренний демон уже подсказывал едкий ответный удар: «Ах, это ваш дом, тогда все понятно, извините!» Мол, давай, шах и мат, привет, здоровый сон!
Конечно, обставить кого-то всегда приятно, но цель, нельзя забывать про цель!
— Это и не ваш дом тоже, — мягко парировала моя рассудительная сторона.
Мадам впали в ступор от такой наглости и одновременно вежливой ее подачи. А я решила добить:
— Две такие взрослые дамы, а как себя ведете, — тоном бабушки у подъезда, не иначе.
— Ну и как мы себя ведем? — опомнилась та, что ближе.
Выкрутив елейность на максимум поставила финальный штрих:
— Очень неуважительно.
— Извините, мы будем потише, — уже без спеси сказала та, что дальше.
— Спасибо, — я удалилась на кровать.
Звуки стали тише. Маленькая победа — заставить двух наглых баб признать вину. Странная радость, но спать теперь буду крепко.
Если успею заснуть быстрее двух своих соседей. Они знатные игроки на духовых: нософон и горлофон.
Дура и мозги
— Опять ревешь?
— Реву!
— Ну и дура. Я тебе говорила: он бестолковый. Ни рожи, ни кожи, ни денег, ни стремления. Чего убиваться-то?
— Но я его люблююю!
— Ой, ну не вой ты, ради бога! Это не последний мужик в твоей жизни. Хорошо, что отвело нас от него.
— Я хочу одного и на всю жизнь! Чтоб как в сказке — полюбил, и жили они долго и счастливо…
— Дааа, уже двадцать пять, а ты все «Диснею» веришь? Когда же ты повзрослеешь наконец?! Нужно искать статусного, надежного, перспективного. А ты вечно влюбишь нас в каких-то глупых мальчишек и сидишь в два часа ночи, убиваешься! Смотри, как глаза опухли!