Если хочется построить гармоничные отношения, манипулировать мужчинами с помощью секса не стоит. Найдите способ поговорить, убедить и в конце концов вдохновить своего партнера делать что-то для вас. Надевайте сексуальное белье, играйте, показывайте, как вам хочется и как вам хорошо. И не бойтесь: хотеть секса для девушки — это нормально.
Меня или я?
Многие из нас хоть раз задавались вопросом: «Что бы я выбрал: любить или быть любимым?» Думаешь, наверное, быть любимым. Вокруг тебя бегают, заботятся — чем не прелесть? А потом представляешь, как этот нелюбимый человек будет с каждым днем раздражать тебя все больше и больше. Хорошим, плохим, да просто своим существованием. Ты не сможешь быть счастлив, если сам не переживаешь чувства влюбленности. Тогда выбираешь любить самому. Да, вроде хорошо, чувства будут бурлить… а что еще нужно? Потом в голове всплывают образы отношений, в которых ты извиваешься, отдаешь всего себя, а в ответ, как говорится, тишина. Холод, равнодушие и раздражительность. Нет, тоже не то… А зачем мне вообще выбирать? В моих отношениях будет и то и то, иначе никак! На этом и успокаиваешься.
Но если задуматься, в отношениях всегда есть тот, кто «любит больше». Тот, кто первый идет на уступки, приходит мириться после ссоры, пытается сохранить отношения. Причем за время отношений этот кто-то может устать от своей роли и, так сказать, потянуть одеяло на себя. Послать все к чертям и решить быть любимым. Тогда роли могут поменяться. Хоть и не факт, что навсегда.
Пока люди влюблены, они могут и не замечать этого «одеяла»: они настолько ослеплены выбросом гормона счастья в мозг, что отдавая совсем ничего не теряют. Делая для другого, они тем самым делают для себя.
***
Мой теперешний мог бы стать лучшим другом моих бывших. Привет им.
Никогда
Душу рвет на сотни крошечных клочочков, боль выплескивается наружу солеными каплями отчаяния.
Если бы я знала, что больше не проснусь рядом с ним прохладным утром, прячась глубже в его объятия сонным лицом… И никогда больше он не скажет, улыбаясь: «Доброе утро, любимая».
Вот оно, настоящее никогда. А не все эти ваши «никогда не брошу» или «никогда не предам».
Хреновый соус
Такие разные чувства. Такие разные краски. Мы много раз повторяем слова любви. Скорее всего, на протяжении жизни их от нас услышит не один человек. А может, и нам повезет услышать их от пары-тройки людей.
Люди обесценили слово «люблю». Никакой ответственности, правда? Под этим соусом можно подавать любое блюдо. Удобрить унижения, прикрыть попытки перекроить человека под себя, спрятать похоть и желание обладать.
Один парень найдет в тебе тысячу недостатков, сломает позвоночник, лишь бы ты сделала его счастливым. Собьет самооценку в бурую жижу, лишь бы самому ничего не делать для отношений. Как-то раз ты посмотришь в зеркало и не узнаешь себя. Если спросишь, стоит ли твоя любовь всего этого — нет. Любви нет. А какой был вопрос?
Ты завяла, розочка. Меняй садовника. Разбей горшок и иди расти в сад, огород, лес, парк, лишь бы подальше.
Пока не найдешь того, кто, глядя в твои больные/плачущие/заспанные глаза, скажет: «Ты прекрасна». Того, чье «люблю» чего-то стоит.
Черное
Часть вторая
Черное
Голод
2229 год. Мне двенадцать, младшему брату девять, а сестренке всего пять. Отца не было уже несколько недель. Мы держались как могли. Мама устало улыбалась, деля между нами остатки еды.
Бабуля, наша любимая нежная бабуля внезапно исчезла. Я прекрасно помню последний вечер с ней. Она пришла к нам в комнату, гладила по голове и пела колыбельную. Сестренка тоненьким голоском подмурлыкивала в ответ.
Продукты заканчивались, а отец все не возвращался. Мы сидели в нашем заколоченном бункере и считали дни. На улицу нельзя: мама говорит, что люди сейчас опаснее голода.
Только когда однажды мама подала завтрак без левой руки, я поняла, куда делась бабуля. Они слишком нас любят, чтобы позволить умереть с голоду. Я закрылась в комнате и долго плакала.
Наша мама была хирургом до всего этого, так что дома всегда водились разного рода ампулы, бинты и прочая медицинская мелочь.
Вскоре маме пришлось воспользоваться инвалидной коляской покойного дедушки, ведь обе ноги она пожертвовала нам. Я не могла без слез смотреть на тарелку, но и отказываться после такого нельзя.
Мама укутывалась пледом, чтобы не пугать младшеньких. Однако это не помогло уберечь малышку Софи. Она гасла на глазах. Впалые щеки, кости выпирали неестественно сильно. Мама сделала ей укол и долго качала одной рукой, напевая колыбельную. Ее взгляд смотрел куда-то далеко, а по щекам катились слезы. Она пела бабушкину прощальную колыбельную.