— Нет, я хочу, чтобы ты была моей мамой! И никто больше!
— Хорошо, Гарри, — устало ответила я. — Я буду твоей мамой. Я приеду и заберу тебя. Тогда дождись меня, ладно?
— Конечно, мам.
Ещё раз обняв худенькое тельце, я уложила мальчика в кровать и вышла из комнаты.
Боль в голове, начавшая утихать, вернулась снова и с каждым шагом всё нарастала. На какое — то мгновение мне показалось, что я больше не могу терпеть, и моя голова сейчас взорвётся.
Прислонившись к стене, я отдышалась. Шум в ушах стал стихать, и боль почти отпустила. Оторвавшись от стены, я продолжила путь в Большой зал, как сказал мне директор. Из — за поворота появился знакомый мне силуэт. Северус Снейп шёл мне навстречу.
— Здравствуйте, — сказала я, когда поймала его взгляд.
Северус молча остановился. Он продолжал сверлить меня своим взглядом.
— У Вас ничего нет от головной боли? — спросила я, чтобы услышать от него хоть слово.
Словно что — то решив для себя, Северус кивнул и сказал:
— Да, простите, мисс. Добрый день. Вы были у Поттера?
— Да, я хотела попрощаться с ним.
— Ясно. Вот, возьмите, — Северус выудил из кармана мантии пузырёк, — это зелье от головной боли. Можете взять его себе.
— Благодарю, — я открыла пузырёк и сделала глоток. — Могу я задать Вам вопрос?
— Да, что вас интересует? — спросил он, смотря поверх меня.
— Мама Гарри, кто она? Вы были с ней знакомы?
— С чего Вы взяли это? — вместо устало — раздраженного его голос стал удивлённым.
— Когда он сказал, что я — его мама, Вы бурно отреагировали. И я предположила, что Вам…
— Всё верно, я знал её.
— Что с ней случилось?
— Она погибла, Вы же знаете, — раздражённо произнёс он.
— Да, но как это случилось.… Простите, если Вы посчитали это праздным любопытством. Я собираюсь усыновить мальчика, мне нужно это знать.
— Усыновить? Разве директор не сказал Вам, что Поттер должен вернуться к родственникам?
— О, да. Но малыш не хочет слышать. Он за один день привязался ко мне. И считает, что я — единственная, кто может заменить ему мать. Я не могу обмануть ожидания ребёнка. К тому же, я подозреваю, что с ребёнком плохо обращались.
— Это правда, — Северус, словно забыв, куда шёл, последовал в мою сторону, и я пошла за ним. — Я видел, где они держали его. Ребёнка часто незаслуженно наказывали.
— За что так с ним?
— Эти люди ненавидят магию и любые её проявления. Я знал его тётушку. Когда мы ещё были детьми, она часто ссорилась с сестрой из — за магии, пыталась нас рассорить. И сейчас Поттера наказали за стихийное проявление магии. Хотя мальчик совсем не был виноват.
— Значит это стихийная магия…
— Простите?
— Я в детстве и позже тоже часто думала, что это со мной происходит…
Северус слегка улыбнулся.
— Не волнуйтесь, всё ещё наверстаете.
— Вы читаете мои мысли?
— Ваши мысли написаны у Вас на лице.
Теперь улыбнулась я.
— Сегодня вечером я уезжаю. Мне бы хотелось, чтобы Вы позаботились о Гарри.
— Вы не первая, кто просит меня об этом. И я постараюсь сделать всё, что зависит от меня. Но от меня зависит мало. Всё решает Дамблдор.
— Ну, я думаю, что такой человек не станет обманывать. Дамблдор пообещал мне, что с Гарри всё будет хорошо.
— Я тоже верю Дамблдору, но иногда его решения бывают, мягко говоря, не идеальны.
— Никто не может быть застрахован от ошибки.
— Как я с Вами согласен.
— А куда Вы направляетесь, если не секрет?
— Я? Да вот, провожаю Вас до кабинета директора. Он просил привести Вас.
— Благодарю, сэр.
— Не стоит благодарности.
— Глупая девчонка!
— Не такая уж она и глупая, Люциус.
— Значит, Дамблдор в курсе и послал Северуса её разыскать. Но откуда он узнал, что мы её нашли?
— Быть может, он тоже искал её и решил от неё избавиться.
— Мерлин! Какой я болван!
— Что с тобой, Люц?
— Ничего! Надо было её сразу вести сюда. И если бы не твои истерики, Нарцисса, девчонка была бы в безопасности. Кстати, где Драко?
— Что, прости, любимый?
— Где мой сын?
— Драко забрали Паркинсоны. Он согласился у них погостить.
— Но они ведь сейчас в Италии.
— Они вернулись.
— Почему ты не дождалась меня?
— Прости, дорогой, я думала, что это не так важно.
— Ты же знаешь, что с Паркинсоном я в ссоре и не собираюсь мириться.
— Да, милый.
— И ты отдала ему моего сына? Я теперь даже забрать его не смогу так, чтобы этому скряге не показалось, что я пошёл на попятную.