— Мама! Ты такая красивая!
— Спасибо, моё солнышко! — я наклонилась и обняла своего любимого сыночка.
— Папа сегодня тоже был такой красивый!
— Правда? — я улыбнулась. — А где он?
— Северус уже ждёт нас в министерстве, в отделе регистрации, вместе с нашим общим другом, с которым Вам ещё предстоит познакомиться.
Северус так и не смог заснуть этой ночью. За несколько часов он пять раз успел проклясть свою глупость и почувствовать надежду на что — то лучшее в этой кардинальной перемене в его жизни.
Глубокой ночью он собрался и отправился в гости к Блэку. Кто бы мог подумать, что однажды он решит делиться своими переживаниями с мародёром. Мрачный дом Блэка испугал даже Северуса. В прихожей его нелестными эпитетами встретила небезызвестная Вальбурга Блэк. Снейп был благодарен ей только тем, что не пришлось искать кузена по всему дому. Сириус выбежал из столовой на её вопли. Он был не один.
— Северус, здравствуй, дружище, — это был Люпин, ещё один мародёр.
— Люпин… как опрометчиво я зашёл. Нужно было свериться с лунным календарём, — пожав руку бывшему врагу, но единственному мародёру, который никогда не цеплялся к нему самолично, Северус вымученно улыбнулся.
— До луны ещё долго, так что можешь не волноваться, Северус, — ответил Люпин.
— Чем обязан столь позднему или уже раннему визиту, кузен?
— Блэк, я не думал, что наше родство должно стать всеобщим достоянием.
— Ну что ты? Это же Лунатик, а он умеет хранить тайны, правда, Ремус? — было заметно, что друзья уже хорошо отметили встречу.
Северус предпочитал говорить с трезвыми людьми тем более с трезвыми мародёрами.
— О, Сириус, тебе уже пора отдохнуть, — сказал Люпин, обратив внимание на уже пошатывающегося друга. — Северус, я сейчас уложу его, и мы поговорим, — сказал Римус Снейпу и положил руку на плечо другу. — Бродяга, дружище, пора спать.
— А что уже отбой, Лунатик?
— Да — да, отбой, и если МакГонагалл тебя увидит, мы не досчитаемся баллов. А нам нужно в этом году обогнать слизеринцев, ты же не хочешь, чтобы Нюниус нас обставил, — Люпин поддерживая друга, вёл того вверх по лестнице.
— Северус мой брат! Не называй его так! — и звук захлопнувшейся двери послышался откуда — то сверху.
С победной усмешкой Снейп отправился в столовую.
— Ты не понимаешь, Люпин! Всё повторяется снова! Она меня не любит. Ей нужен не я, а Поттер.
— Северус, может, ты ошибаешься? За внешним равнодушием может скрываться любовь. Ведь и ты, я уверен, не говорил ей, что она тебе нравится.
— Да, не говорил. Но она могла понять. Если бы она мне была безразлична, разве я бы с ней проводил столько времени? Разве я пустил бы её в свой дом? Но в эту среду она мне прекрасно дала понять, что я ей не нужен.
— Каким же это образом?
— Сказала, что не желает выходить замуж без любви.
— Если бы я был на её месте, я бы сказал тоже самое, Северус.
— Почему это?
— Да потому что она думает, что ты её не любишь.
— И что же мне делать?
— Скажи ей, что любишь, и тогда будешь знать наверняка, как она относится к тебе.
— Не могу.
— Понимаю, я бы тоже, наверное, не смог.
— Гарри, ты проснулся? — рано утром Северус заглянул в детскую.
— Да пап, меня уже разбудила Римми.
— Прекрасно. Тебе помочь собраться?
— Если тебе не трудно, отец, — зевая и потягиваясь, проговорил Гарри.
Северус усмехнулся своим мыслям. Неужели он сам сделает из мальчишки избалованного Джеймса Поттера?
— Отправляйся в душ, потом надень парадную мантию и спускайся к завтраку, а то твой крёстный нам ничего не оставит.
— Хорошо, отец, — и мальчишка вприпрыжку побежал в ванную.
Но быстро выглянул и спросил:
— Отец, это правда?
— Что правда? — Северус уже начал привыкать к тому, что он «отец» или «папа».
— Ну, что…
— Прошу тебя, перестать мямлить и выражать свои мысли чётко и ясно, — устало сказал Северус. У него уже начала болеть голова, и все мысли были заняты тем, есть ли у него запас необходимого зелья.