Музыкант услышал голос странника:
— Следопыт оставь меня в лесу, — сказал Скрипач, добравшись до ручья. — Я уже не жилец! Я выдохся! — с последних сил крикнул он, упав у ручья. Музыкант обронил скрипку и смычок, подползя к ручью. Он попил воды, черпая ладошкой.
Утолив жажду, музыкант обернулся. Он стянул калаш со спины и, вооружившись, вдавил курок. Он стрелял в приближающееся мерцание, лёжа на спине у ручья.
Услышав стрельбу, странник вернулся:
— Скрипач вставай, — сказал он, подойдя к ручью.
— Уходи, уходи! — заголосил музыкант, выстрелив все пули в туманное мерцание. — Следопыт, уходи! — буркнул он, отшвырнув разряженный огнестрельный автомат.
Странник попятился, посмотрев на мерцание, которое туманной красной полосой уже было возле ручья.
— Поднимайся на ноги, иначе ты погибнешь в мерцании! — громко сказал Следопыт, пятясь.
Музыкант перевалился набок, подобрав скрипку и смычок. Он встал, шагнув в неглубокий ручей. Промочив ноги, музыкант заиграл на скрипке, громко и грозно, словно настало его последнее в жизни выступление.
Он играл, глядя на приближающуюся смерть. Страх покинул его, он расхрабрился музыкой.
— Уходи, уходи! — воскликнул Скрипач, громче заиграв на скрипке.
Странник взглянул на музыканта, взглядом попрощавшись с ним. Следопыт пошагал, ускоряя шаг. Он оглядывался на музыканта, который красиво играл, как маэстро.
Оглядываясь на мерцание, странник увидел, что аномальная стихия застыла, словно упершись в невидимую стену, воздвигнутую вдоль берега лесного ручья.
Красное мерцание остановилось, не пересекая ручей, где стоял музыкант. Скрипка в руках музыканта не смолкала, звуча громкой грозной мелодией.
— Неужели красное мерцание остановилось... — сказал Следопыт, удивившись. — Скрипач, Скрипач! Посмотри на мерцание, на лес! Туманная полоса застыла, остановившись возле берега у ручья! — воскликнул он, поспешив обратно к ручью.
Играющий музыкант открыл глаза. Он увидел, что смертоносная стихия не движется к нему, не пересекает ручей. Сквозь красное затуманивание он увидел деревья, пронизанные мерцанием. Зеленевшая листва отчасти окрасилась красным цветом, как и травинки с лесными цветками.
Люди увидели чудо, случившееся возле ручья. Скрипка не смолкала в руках музыканта. Он не останавливался, он играл завораживающую мелодию.
— Следопыт, неужели музыка остановила мерцание? — вопросил музыкант, обернувшись.
— Не знаю... — ответил странник, вглядываясь в туманную застывшую полосу, высотой чуть выше самых высоких деревьев леса. — Порой мерцание неожиданно останавливается, как в этот раз у ручья. — рассказал он.
— Следопыт, ты веди меня к озеру. А я буду играть на скрипке, — сказал музыкант, осторожно пошагав.
— Играй, — сказал странник, — играй Скрипач.
Двое пошагали. Следопыт сквозь лес повёл играющего музыканта к озеру. Скрипач вышел из лесного ручья, поглядывая на мерцание.
Спустя минуты двое отдалились от ручья, а в высокой траве возле деревьев замелькала чёрно-серая собака, сопровождающая путников.
Красное мерцание не пересекло лесной ручей, застыв возле берега. Из глубины мерцания доносились зловещие голоса, слышался хруст веток.
Мутанты рыскали у ручья, не покидая красной туманной полосы. Их будто остановила невидимая стена, не дав чудовищам перейти неглубокий лесной ручей.
Музыкант играл до самого озера, шагая через лес. Когда на горизонте увиделась озёрная вода, скрипа смолкла. Двое людей и чёрно-серая собака вышли из леса на широкий берег, усеянный высокими колосками золотистой ржи.
Лодочник
Золотистую рожь на берегу озера вырастили Озёрные люди, жившие на деревянных плотах, и на островах. Глубокое озеро издавна находилось в глубине Большого леса.
На озере Хорс издавна жили люди, поселившиеся в этом укромном местечке ещё во времена Февральской революции. До наших дней дожили лишь двое человек: старушка Лидия и старик Федот. Они помнили свои имена, зная о здешнем крае многое, что не знали жители, которые в последние годы появлялись на аномальной территории.
Никто из озёрных жителей не знал точный возраст Лидии и Федота, но их старые, морщинистые лица выглядели так, как будто они уже прожили больше ста лет. Они помнили революцию и войну.
Впервые незнакомцы, не помнящие своих имён, появились четыре года назад. А о Красном мерцании старик и старуха слышали давно и даже видели мерцающий туман во время холодной осени тридцать шестого года. Но тогда мерцание виделось далеко в лесах, возле далёких холмов. И появлялось оно нечасто, охватывая малую территорию вдалеке от деревень.