Выбрать главу

- Познакомься, Тамара, это жена Степана Даша.

- Добрый вечер, - равнодушно сказала Тамара, даже не взглянув на Дарью. – Если Вам больше ничего не нужно, то - приятного вечера.

Она отошла от их столика к шумной компании, справлявшей юбилей. Переговорив с подозвавшим ее мужчиной, она вернулась к столику Насти и Дарьи с бутылкой шампанского в руках.

- Это Вам, девушки, от Вадима Петровича Хитрова, улыбнулась она понимающе и поставила бутылку на стол.

- Кто это? – радостно спросила Настя, ласково кивая мужчине, пославшему им подарок.

- Ты что не знаешь? – фыркнула Тамара. Наклонившись пониже, таинственно сообщила, прикрывая рот рукой: «Владелец ювелирного магазина «Карат».

- Так там же москвич владелец? – удивилась Настя.

- Он и есть москвич. Вчера прилетел. Говорят специально на юбилей друга Шишкова Глеба Ивановича. Видишь, по правую руку сидит от него.

- Шишков – это, который депутат областной Думы? - Настя восхищенно поглядывала на высоких гостей.

Тамара кивнула в ответ и поспешила на кухню, выполнять очередной заказ.

Дарья все это время находилась в какой-то прострации. Снова, как в детстве, ей было стыдно, стыдно за себя. За то, что муж забыл про нее, что предпочел ей какую-то другую женщину, которая, наверное, смелее, веселее, проще.

«Надежда на крепкий брак, на верность супруга – оказалась наивной выдумкой, которая могла родиться в голове только у такой отсталой, закомплексованной дуры, как я», - думала она

Широко раскрыв глаза, Даша смотрела перед собой: «Вот все и подтвердилось. Мой муж - предатель. Особо и не прячется. По ресторанам свою любовницу водит. Это же надо быть таким наглым. А еще клянется в вечной любви. Зачем он женился на мне? Он, судя по всему, не собирался менять свои холостяцкие привычки. Думал, я не узнаю? Это глупо. Думал, буду терпеть? Ну, этого не бывать! Как же стыдно и больно!»

- Не переживай! – сочувственно сказала Настя, заметив, что Даша услышала слова Тамары о Степане и сильно расстроилась. – Может, хочешь домой?

- Нет, Настя. Теперь я хочу выпить. Налей мне шампанского, - Даша протянула пустой фужер Насте.

- Может не надо? - Настя вдруг почувствовала, что вечер может плохо закончиться. «Знаю я этих скромниц, - подумала она, - как пойдут вразнос – только держись!»

- Нет надо! – твердо сказала Даша. – Не хочешь открыть, я попрошу Тамару.

- Вам помочь?

Женщины удивленно подняли головы. Возле их столика стоял москвич. Это был франт высокого роста, с ухоженным, как у женщины лицом, крашенными под жгучего брюнета волосами и крепкими руками, с красными ладонями и длинными пальцами, напоминающими барабанные палочки.

– Давайте я открою бутылку.

- Будьте так любезны, - сказала Дарья печально. Слова и выражение ее лица совершенно не совпадали.

- Присаживайтесь, - добавила Настя, вся сияя, как новогодняя елка.

- Позвольте представиться, Хитров Вадим Петрович, - важно произнес москвич и сел за их столик.

Женщины по очереди назвали свои имена.

- Давайте выпьем за Вашу красоту, - сказал Хитров, наполнив бокалы. – Я, знаете ли, большой ценитель прекрасного. А Вы, девушки - образец природной естественной красоты, что так редко сегодня встретишь. Это, как бриллиант чистой воды. За Вас! – мужчина смотрел на Дарью, не отрываясь, как будто любовался редкой дорогой вещицей.

Зазвучала «Ах какая женщина», и сразу несколько пар вскочили и поспешили на танцпол. Видимо, это была одна из любимых песен завсегдатаев этого заведения. Вадим Петрович встал, слегка склонил голову, и широким жестом пригласил Дарью танцевать.

Даша заставила себя улыбнуться и, опираясь на руку москвича, проследовала с ним в центр зала.

Настю пригласил депутат. Во время танца он постоянно что-то шептал ей на ухо. Женщина заливисто хохотала, то откидываясь назад, то наклоняя голову вперед, и припадая к его плечу.

Дарья с москвичом танцевали молча. Мужчина не сводил с нее глаз. Его рука несколько раз, как бы невзначай, соскальзывала в разрез платья и оглаживала голую спину женщины. Даша, невольно вздрагивая, чувствовала, что у Вадима Петровича горячая и потная ладонь.

Оркестр закончил играть. Кавалеры проводили дам к их столику и вернулись к своей компании.