Я уже готова была отойти от стены, но меня привлекла та самая старая фотография, где было пять детей. Интересно это он сам или кто-то из родителей на этом фото. Только на этой фотографии была написана дата. Или не дата. 24.05.19.06. Если бы не точка между 19 и 06, то можно было бы с точность сказать, что это дата, когда все вместе сфотографировались. Но точка многое меняет. Скорее всего это то, что мне надо. Я вернулась к сейфу, вставила ключ и начала крутить диск. Вправо 24, влево 5, вправо 19, влево 6. И ничего. Значит это просто дата. А точка мне показалась или я все придумала. Печально.
Ладно, что тут сидеть и гадать, надо машину проверить и идти или ехать дальше. Меня не отпускало чувство, что вот вот и ларчик откроется. Может еще поискать где цифры. Может я не внимательно все осмотрела. Зебра лежала на столе и не собиралась никуда уходить.
- Пойдем, я уже все попробовала. – Но она не собиралась никуда идти. Открыв один глаз она посмотрела на меня и опять закрыла. – Вот же непослушная кошка. Что мне делать? – она тяжело вздохнула и продолжила спать. Или притворялась, что спит.
Опять сев за стол начала осматривать комнату под светом фонаря. А почему я решила, что надо сначала вправо крутить, может надо попробовать влево? Попытка не пытка. Попробую. 24 влево, 5 вправо, 19 влево, 6 вправо. Тишина. Тяжело вздохнув я уже собралась отойти от сейфа, как раздался громкий щелчок. Повернув ключ вправо на два полных оборота я открыла сейф.
Моему восторгу не было предела. Я это сделала. Повернулась к Зебре, чтобы выказать свой восторг, а она глаза открыла , сладко зевнула и опять улеглась спать. Даже поделиться не с кем. Вот тебе и одиночество.
Открыв пошире сейф и посветив в него фонариком, я стала рассматривать, что там есть. Было три полки. На первой лежали стопки денег. Много, очень много. Но что они сейчас собой представляли, ничего, просто бумага. На второй было несколько разных бархатных коробочек. Это скорее всего и есть ценные украшения, которые не выкладывают на витрину магазина, а только для особых покупателей. На третьей лежали бумаги. Взяв один из листов, я поняла, что это расписка о получении большой суммы денег под проценты. Да наш ювелир был еще и ростовщиком. Да, деньги он умел делать. Интересно. А если ему не возвращали деньги, что он предпринимал? Не хочу думать на эту тему. Моя фантазия ничего хорошего не представляла.
Деньги и расписки меня совсем не заинтересовали. Бумага и бумага. Мне стало интересно, что в коробочках. Их было не больше десяти. Выложив их все на стол, я стала открывать одну за другой и не могла оторвать глаз. Это в самом деле произведение искусства. Они прекрасны. Им нет цены. Три ожерелья лежали на черных бархатных подушечках, переливаясь в свете фонаря ярким блеском камней. Белые и искрящиеся алмазы. Кроваво красные рубины. Синий как солнечное небо сапфир. Были комплекты серег и колец к этим колье. И один браслет с рубинами, тоже в комплект к серьгам и колье. Они прекрасны. Такого изящества и красоты я никогда не видела. Коробочки занимали много места и я решила сложить все вместе в один бархатный мешок, который лежал тут же на полке. Так места меньше будет занимать. Взяв бархатный мешок что-то стукнуло. Под ним лежал еще один мешочек, совсем не большой. Я бы его не заметила, если бы не заинтересовалась этим мешком. Взяв в руки и ощутив тяжесть, стала доставать из мешка неожиданную находку. Это оказался перстень с изумрудом. Он был еще завернут в старую потертую тряпочку с дырочками. Толи моль проела, толи от ветхости поистрепался кусок льняной ткани. Не было не коробочки, не бархата. Просто лежал в небольшом мешочке. Покрутив в руках необычное кольцо я одела его на средний палец левой руки. Как раз в размер. Перстень стал наливаться зеленым светом и тут же в комнате стало светло, как днем. Вот и фонарик не нужен. Руку грело тепло кольца, которое стало разливаться по всему телу. В голове опять я услышала голос: Ведунья. Зебра открыла глаз и как будто подмигнула мне. Наверное показалось в свете зеленого зарева. Когда сняла кольцо, стало опять совсем темно. Чудеса, да и только.