Женя, молча долистал последние страницы, а я незаметно склонила голову ему на плечо и задумалась. «Все-таки хорошо, что он поехал со мной, хотя я до последнего этому противилась…»
– Я схожу в душ, – произнес он и привстал.
Я кивнула в ответ и поудобнее улеглась на подушку. Когда он вернулся, не слышала, уже спала. Очнулась среди ночи, Жени рядом не оказалось. Я перевернулась на другой бок и увидела его, стоящим у приоткрытого окна… Он курил и смотрел в ночь… Сердце болезненно сжалось. Не могу видеть его таким!.. Глупо я устроена: мне легче пересилить свою боль, но я не в состоянии выносить терзания другого человека… Через пару минут он потушил сигарету, закрыл окно и отлучился в ванную, а вернувшись, прилег уж как-то совсем близко ко мне. Сердце затрепетало, и я боялась сделать лишний вздох… А Женя провел рукой по волосам, коснулся плеча и поцеловал в шею. Мне стало щекотно, и я невольно шевельнулась. Он еще раз поцеловал меня и откинулся на подушку. Я открыла глаза и выдохнула. И кому это все нужно было?!
5.11.2016 г. Вот и день свадьбы. Встали мы рано: Женя поехал в гостиницу, а я – в салон сделать укладку и макияж, а на обратном пути прикупить еще букет цветов. Управилась быстро и к одиннадцати уже была в гостинице. Мы немного перекусили, так как с утра толком не позавтракали и снова вернулись к родителям.
К двум часам приехали Стаховы. Мы с Женей стояли поодаль, не привлекая к себе внимания. После регистрации вся молодежь отправилась на фотосессию к набережной и Пешеходному мосту. Мы с Женей тоже поехали, но брели неторопливо позади всех. Поначалу молчали: говорить, если честно, ни о чем не хотелось, было достаточно того, что мы шли рядом рука об руку, улыбались и никуда не спешили. Время словно замедлило ход… День выдался ясный и морозный. Еще каких-то несколько дней и наступит настоящая зима…
– Ты вся дрожишь, – произнес Женя.
– Замерзла немного. Кисловодск меня разбаловал теплом, я и позабыла, что у нас в Оренбурге рано начинается зима: с сугробами по колено и пронизывающим до самых косточек ледяным ветром.
– Не скучаешь по родному городу?
– Скучаю. С ним связано столько воспоминаний хороших и не очень. Каждая улочка, каждая лавочка, каждое дерево таят в себе историю и навевают ностальгию.
– Не жалеешь, что уехала?
– Нет. Этот город навсегда останется для меня родным и дорогим сердцу, но мой дом в Кисловодске. Хотя если б кто-нибудь мне в годы юности сказал, что я отсюда уеду, ни за что бы, не поверила. Для меня это всегда было чем-то диким и противоестественным.
Женя усмехнулся.
– Как же решилась?
– Не знаю. Понимание этого пришло, как что-то само собой разумеющееся. В один прекрасный день я проснулась с четким осознанием того, что больше мне здесь делать нечего…
Мы дошли до спуска, идущего к набережной. Мне не захотелось идти к мосту, и мы остались ждать всех на смотровой площадке. Урал еще не замерз. Женя встал сзади и обнял меня.
– Я всегда хотел иметь младшего брата.
– Не знаю, мы с Оксаной никогда не были дружны. Может, из-за большой разницы в возрасте, почти семь лет. И она, сколько ее помню, всегда и во всем завидовала мне.
– Да, вы совсем не похожи.
– Не знаю, все всегда говорили наоборот.
– Может внешне и да, но не внутренне. Вы как солнце и луна, вроде и похожи, но солнце одаривает теплом, а от луны веет холодом…
***
В ресторане, наконец, увидела Настю. За эти два дня мы ни разу не встретились: ни у нас дома, на регистрацию в загсе она тоже не пришла. Пашу я видела, но подойти и расспросить его о Насте не представилось возможности. Мы с ней сразу отошли в сторону поболтать. Женя как раз отлучился на улицу, а то он просто не дает мне шагу ступить, постоянно находится рядом.
– Наконец-то мы встретились! – радостно произнесла я, и мы обнялись. – Я уже думала, что уеду так, и не повидавшись с тобой.
– Задержалась на работе. Но я тоже рада тебя видеть! Как ты?
– Все как у всех: дела, заботы. Но на тебе, смотрю, что-то совсем лица нет.
От моих слов Настя еще сильнее побледнела, а на глазах сверкнули слезы.
– Лесь, давай не будем сейчас обо мне, а то я и тебе и себе настроение испорчу.
– Что случилось?
После недолгого молчания она рассказала, что они с Пашей разводятся, у него появилась другая женщина и есть ребенок… В глазах потемнело, а в сердце так защемило, будто его пронзили повторно ножом в рану, которая только-только начала понемногу затягиваться. В горле встал комок, но я пересилила себя и спросила: