***
А дома не успела перешагнуть порог, как мама, не позволив мне даже переодеться с дороги, потащила в кабинет к папе и устроила нам настоящий допрос.
– Что-то ты стала подолгу пропадать вне дома? – негодовала она. – Перед отъездом вы меня заверили, что ты вернешься в конце января, а уже скоро закончится февраль.
– Мам, так сложились обстоятельства…
– Что еще за обстоятельства!.. – продолжала причитать мама. – О чем ты только думаешь? А ты, Юра, во всем ей потакаешь!
– Сонь!..
Потом мама ни с того ни с сего переключилась на Сергея. «Ну почему любой разговор с ней сводится к одному и тому же?!»
– Я не выйду за Сергея!
– Но почему? – недоумевала мама. – Он из нашего круга, у вас общие интересы, да и знаете вы друг друга давно или у тебя кто-то есть?
Я вздрогнула и нерешительно обронила: «Нет…», мысленно рассудив, что пока так будет лучше: если открою правду сейчас, она ее не примет, и все только усложнится, и добавила:
– Просто мы с ним совсем разные.
Мама хотела что-то возразить, но у нее зазвонил телефон, и она, взяв трубку, между делом бросила папе: «Образумь ее!» и торопливо вышла из кабинета.
– Ух, кажется, пронесло! – отшутился папа и, присаживаясь ко мне на диван, обмакнул лоб.
– Похоже…
– Но ей придется обо всем рассказать, милая.
– Знаю, но пока еще рано…
– Как ты? – сердечно спросил папа и от его пронзительного взгляда навернулись слезы.
– Хорошо… – прошептала я и прилегла к нему на грудь.
– Тебе там лучше, я вижу. Хочешь уехать?
– Не знаю… – отозвалась я. – Но все больше и больше склоняюсь к этому… Кроме того у меня появилась одна идея…
– О, узнаю свою девочку! Ну и?
Я отстранилась от папы и заговорила более серьезным тоном:
– Я вот о чем подумала. Ведь многих наших пациентов можно отправлять в Кисловодск на санаторное лечение, для начала хотя бы просто рекомендовать. Как вы считаете?
– Идея не плохая. Это положительно скажется на работе консультации.
– А я бы могла решать все организационные вопросы на месте.
– Какая шустрая! – воскликнул папа. – А я сижу, гадаю, не возьму в толк, к чему она клонит!
– Пап!..
Он потрепал меня за щеку и добродушным голосом произнес:
– Позже все обсудим. И еще… – произнося эти слова, папа переменился в лице и даже немного отстранился от меня. – Раз уж все так серьезно, я бы хотел побеседовать с этим молодым человеком. И лучше, если это будет личная встреча.
– Пап!.. – воскликнула я и уже собиралась возразить, но папа перебил меня, повысив голос. – Не перечь мне! Я хочу с ним поговорить и точка! А то больше не рассчитывай на мою благосклонность!
– Хорошо… В мае у них будет концерт здесь…
– Вот и ладно, – снова добродушно произнес папа. – А сейчас ступай и отдохни, ведь устала с дороги?
Я кивнула и, обняв папу на прощание, ушла к себе.
25.02.2006 г. Вернувшись в Оренбург, жизнь снова потекла в привычном русле: размеренно и неторопливо. На днях созванивались с Настей и сегодня договорились встретиться: они с Пашей как раз приехали из медового месяца. А то за последнее время мы с ней так отдалились, что и не припомню, когда мы просто сидели и о чем-нибудь сплетничали, не говоря уже о том, чтобы затрагивали важные животрепещущие темы.
Поначалу разговаривали о делах, о работе, потом Настя переключилась на их путешествие – тараторила без умолку, что я только и успевала поддакивать ей, но вдоволь наговорившись, она притихла, и в воздухе повисло тягостное молчание… Я, опустив глаза, колотила остывший чай, а когда на миг подняла их, наткнулась на пристальный взгляд Насти, в голове невольно промелькнуло: «Похоже, пришло время обо всем ей рассказать…»
– Ты что-то утаиваешь от меня, подруга?
– Нет, почему ты так решила?
– На днях разговаривала с Сергеем. Я-то думала, пока мы вернемся, между вами хоть что-то завяжется, но нет! Сергей сказал, что ты давно поставила точку в ваших отношениях, еще до нашей свадьбы. Как это понимать?