Я устремила на него молящий взгляд.
– Прошу тебя, если дело терпит, давай только не сейчас. Мне нужно закончить отчет…
– Хорошо, – с безразличием произнес он и удалился в спальню.
Петля вокруг моей шеи сжималась, еще чуть-чуть и я не смогу дышать. Впрочем, чему быть, того не миновать. «Пусть уходит, если хочет. Я все равно не смогу его удержать, если он действительно на это решился. Давно нужно было зарубить себе на носу, что свобода для него превыше всего!» – огрызнулась себе и этой ночью уснула в гостиной на диване…
29.09.2016 г. А проснувшись утром, сначала заметила, что укрыта пледом, отчего в груди болезненно защемило, а потом Женю, сидящего в кресле. «Уже ждет!» – невольно промелькнуло в голове.
Я приподнялась и, улыбнувшись, попыталась оправдаться:
– Совсем не заметила, как уснула.
– Закончила свой отчет?
– Да, о чем ты хотел поговорить?..
Женя смущенно встал и, присев ко мне на край дивана, взял за руку. Голова его была опущена, а взгляд блуждал по полу.
– Ну же?..
– В общем… – нерешительно заговорил он. – Я не хочу тебя обманывать, Кирилл прав, это будет не честно… Мне нравится другая женщина…
Мгновенно комок из слез и обиды сдавил горло и не позволил спокойно выдохнуть… «Зная уже обо всем, не думала, что все равно будет так невыносимо горько!.. Но нужно держаться…» Я болезненно сглотнула и, собрав всю волю и выдержку в кулак, ответила:
– Седина в бороду, бес в ребро. Впрочем, здесь я тебе не советчица. Поступай, как считаешь нужным. Я приму любое твое решение. Хочешь уйти, развестись, мешать и удерживать не стану! – на одном дыхании выпалила я.
Женя поднял голову и уставился на меня: услышанное по-видимому ошеломило и шокировало его. Тем лучше… Он приоткрыл губы, словно собирался что-то добавить и уже набрал в грудь воздуха, но вместо слов только выдохнул… Молчание тяготило. Мне хотелось поскорее совсем покончить и уйти: я была не в силах долго сохранять невозмутимый вид, но Женя пребывал в замешательстве. Я сидела с легкой улыбкой на губах, но сердце разбилось вдребезги: последняя надежда умирала на его осколках…
В конец я устала от этого глупого молчания и спросила:
– У тебя все? Мне пора на работу, – и, посмотрев на часы, изумилась: была половина девятого, а ведь заседание совета начнется через час. «Почему не прозвенел будильник?! Ах, да! Я его попросту не включила».
– Я же опаздываю! – спохватилась я и хотела соскользнуть с дивана, но Женя взял меня за руку. – Отпусти! – взмолилась я. – Мне ни за что не успеть собраться до половины десятого! Лучше сделай доброе дело, вызови такси.
И поспешила в спальню, наспех умылась, накрасилась, открыла шкаф и, схватив первое попавшееся платье, побежала в ванную переодеваться. Несколько минут пыталась справиться с молнией на спинке, но руки дрожали, и у меня ничего не получалось. Пришлось попросить об этом Женю, вошедшего в спальню:
– Пожалуйста, застегни молнию или я ее сейчас сломаю!
– Ты все знала? Кирилл рассказал?
– Нет, – ответила я, накидывая пиджак. – Он твой друг, не мой, хотя когда позавчера он к нам заходил, он и вправду показался мне немного странным и встревоженным. Возможно, если бы ты не приехал, Кирилл бы все выложил… Впрочем, передай ему, что он меня разочаровал…
Женя резко схватил за руку и возмутился:
– Как ты можешь так говорить, это не его дело!
– Перестань хватать меня за руку! Мне больно и время почти на исходе, еще и отчет нужно найти.
Руку он отпустил, не сказав больше ни слова, а я выскочила из спальни, второпях нашла отчет, накинула плащ и удалилась из дома: силы были на исходе, горечь и обида давно сжимали горло, а в голове вертелся один единственный злосчастный вопрос: «Что я сделала не так? Что?! Ведь я всегда старалась сглаживать углы, лишний раз не скандалить, быть терпимой, понимающей, любящей и вот она плата?!» На глазах выступили слезы. Я еле сдержалась, чтобы не разрыдаться прямо на улице… Хорошо, что буквально через минуту подъехало такси, и, присев в машину, я достала отчет и уткнулась в него глазами…
Заседание совета затянулось до обеда. Я зачитывала отчет, слушала, совершала какие-то действия, и время хоть как-то шло, но во второй половине дня оно, словно замедлилось и тянулось мучительно долго. Впрочем, меня это не сильно тяготило: домой мне меньше всего хотелось возвращаться. «А вдруг он уехал?! Билет-то у него на сегодняшний рейс». И вправду, вернувшись вечером, с порога меня обуяла тишина. Я как сумасшедшая пронеслась по всем комнатам и, убедившись, что никого нет, бросилась без сил в спальне на кровать и судорожно разрыдалась… И ревела столько, насколько хватило сил, а потом просто смотрела в окно, на город незаметно опускались сумерки, и вечер брал бразды правления в свои руки… Вдруг меня осенило: «Почему Артема с Егором до сих пор нет дома? Они ведь должны были уже прийти?» Встревожившись не на шутку, я ринулась в гостиную и стала искать телефон. «Половина седьмого… Где они?» – недоумевала я и судорожно принялась набирать Артема, но он не снимал трубку. Еще раз… Безрезультатно!.. После третьего звонка Артем сам перезвонил: «Мы с папой. Уже почти у дома…» «Значит, Женя не уехал сегодня… – подумала я и встрепенулась. – Он не должен видеть меня такой!» И помчалась в ванную…