– Почему тебя это интересует? Не знаю… Если успею уладить все дела на работе, возможно…
– С мальчиками?
– Нет, скорее всего. Конечно, мама и папа будут рады их увидеть, но боюсь, во всей предсвадебной суматохе им будет не до них. К тому же школа… Лучше мы съездим погостить к ним на летних каникулах.
– Значит, я так понимаю, ты хочешь поехать одна?
– Да… – ответила я, резко почувствовав, что, если произнесу еще хоть слово, голос дрогнет, и я торопливо отошла к шкафу и достала шарф, но он предательски выскользнул из рук и упал. Я хотела его поднять, но Женя меня опередил. Я подумала, что он мне сразу его отдаст, но он, похоже, не собирался этого делать, лишь молча смотрел на меня долгим пристальным взглядом, потом сказал:
– Я поеду с тобой!
– Это не обязательно! – возразила я и попыталась забрать у него шарф. – Отдай, пожалуйста, я…
– Знаю, тебе пора на работу. Эти слова я уже выучил наизусть.
Я скрестила руки на груди и уставилась на него.
– Потому что затеваешь любой разговор тогда, когда у меня действительно нет времени и я спешу.
Он ухмыльнулся.
– Какие у тебя глаза! Обычно ты смотришь украдкой, будто ласкаешь взглядом, но когда злишься, взор твой настойчив и пытлив, не боящийся ничего. Но я не это хотел сказать… Я поеду с тобой, нравится тебе это или нет, но одну я тебя точно не отпущу. – Я хотела возразить, но Женя прикрыл мне пальцем рот. – Поэтому давай заключим временное перемирие на период поездки.
Я только взглянула на него, но ничего не ответила. Накинув пальто, ушла на работу. «Перемирие! Кому нужно это перемирие?»
4.11.2016 г. Все-таки на свадьбу мы поехали вместе. Я два раза пыталась переспорить Женю, но безуспешно: он даже не стал меня слушать. Не понимаю, зачем ему это? Я спокойно могла сослаться на то, что он на гастролях и все! Но нет!.. В Оренбург мы прилетели после обеда, заселились в гостиницу и, немного отдохнув, отправились к родителям. Женя ушел с папой в кабинет, а я осталась в гостиной с мамой и Оксаной: они как раз гладили подвенечное платье, и мама не упустила повода, чтобы не упрекнуть меня насчет нашей свадьбы с Женей.
– Мам, это не главное, важнее чтобы в семье царили понимание и счастье, а была ли пышная свадьба, количество приглашенных и белое платье не имеют никакого значения.
– И в кого ты у нас такая? Любая девушка мечтает о свадьбе, белом платье, а ты?
Я пожала плечами и поинтересовалась у Оксаны:
– А где вы собираетесь жить?
– У нас! Мы с мамой приготовили твою бывшую комнату, – язвительно произнесла она. – Моя, мы посчитали, немного тесновата, а твоя все равно пустует.
Я вздохнула: извечный спор у кого спальня лучше и платье краше! Но я молча стерпела ее нападки. Впрочем, жизнь не перестает меня удивлять и шокировать! Сергей будет жить в моей комнате. Уму непостижимо!
– Хочешь взглянуть, как мы все там переделали?
– Хочу.
– А почему не у Стаховых? – спросила у Оксаны, пока поднимались по лестнице на второй этаж.
– Ты против?
Я, улыбаясь, ответила:
– Нет, просто интересно.
– У них слишком мало места. Там же живет и Паша…
– А о покупке собственного жилья не думали?
– Нет, мы решили, что ни к чему тратить деньги, ведь дом у нас и так большой и места хватит всем. К тому же если и я уеду, мама с папой останутся одни. А я все-таки выхожу замуж за Сергея! – произнесла Оксана и по ее лицу пробежала такая высокомерная улыбка.
– Искренне рада за тебя! Ты с юных лет об этом мечтала. Надеюсь, Сергей оправдает все твои чаяния и сделает по-настоящему счастливой, – ответила я, а Оксана тем временем уже открывала дверь в спальню…
Перешагнув порог, я ахнула от удивления. Да, мою комнату и впрямь не узнать! Даже деревянную раму и ту заменили пластиковой, поставили огромную двуспальную кровать с балдахином и четырехдверный платяной шкаф с туалетным столиком – все красиво и со вкусом, но мне почему-то стало горько и обидно, словно меня лишили частички себя, а в груди болезненно защемило… Конечно, это глупо, ведь последние десять лет я провела вдали от родного дома, но никогда не забывала о нем, кусочек моей души всегда оставался здесь, с этими стенами. Я всегда с трепетом и нежностью вспоминала о своей комнате и с огромным воодушевлением приезжала сюда. А теперь этого ничего нет, все осталось только в моей памяти и на страницах дневника…