— А теперь я скажу еще три решения, которые необходимо проводить в жизнь. Мы должны взять пример с бушменов, выживавших и развивавшихся в Калахари. Поэтому первое решение: раз и навсегда категорически запрещается любое насилие человека над человеком, кроме того, которое необходимо, чтобы остановить или предотвратить опасные действия. Во всех других случаях тот, кто подвергся нападению, обязан принять позу покорности и начать говорить: "Очень стыдно нападать!" Все другие должны тоже собраться и стыдить агрессора. Если сам нападающий начинает со всеми повторять те же слова, то его не упрекают и об инциденте не вспоминают. Если он не останавливается, он изгоняется с позором из колонии на два местных дня. Если он выживет и попросится назад, его принимают и тоже не вспоминают о случившемся. Если же он либо повторит нападение, либо же причинит увечье атакованному, он изгоняется навечно. Тело изгнанного почетным похоронам не подлежит, чтобы его злоба и агрессивность не переходила в наши души. Мы должны с самого детства показать всем нашим детям, что человек не должен атаковать человека, и в конце концов добиться того, чтобы это стало немыслимо.
— Какая жестокость! — простонала Лиза Акопян, которую мутило от вида каннибализма.
— Это не жестокость, а необходимость. Жестокостью было бы, если бы мы перебили друг друга. — хладнокровно продолжал Мухаммед. — Второе. Скоро нам придется расходиться по Калахари, разнося съедобные растения и распространяя съедобных животных. Каждый, кто нашел нечто съедобное, должен будет поделиться с остальными. Мы можем выжить лишь вместе, на взаимовыручке. Этому с раннего детства необходимо приучать и детей.
Против второго решения никто не возражал.
— А теперь последнее. Взрослый, чувствующий себя бесполезным ввиду слабости, травмы или болезни, обязан покончить с собой, чтобы своими почетными похоронами принести последнюю пользу всем. Убивать друг друга мы не будем, но тем более каждый из нас обязан контролировать, может ли он еще жить или уже стал дышащим трупом. Если взрослый не может кончить свою жизнь сам ввиду немощи или будучи искалеченным, он имеет право попросить другого человека о помощи, и это убийством или нападением не считается. Пока человек сам не решил уйти из жизни, долг остальных поддерживать его по всей мере возможности.
— У нас получается гибрид каннибалов с самураями! — истошно завопила Лиза.
— И те, и другие были не самыми худшими представителями рода человеческого, — жестко возразил Мухаммед. — То, что было хорошо в потребительском обществе империи, быстро погубит нас здесь.
Когда Лиси стукнула Жана, оказавшаяся поблизости Янь Шуйшуй быстро придала Жану позу покорности: он сидел, прикрыв голову руками, — и стала вместе с ним кричать: "Очень стыдно нападать!" Вспомнив постановление, взрослые стянулись и начали повторять те же слова. За ними сбежались и дети. Сама Лиси тоже кричала со всеми. Так впервые была показана действенность ритуала, предложенного этологами на основе подобного ритуала у земных галок. После этого каждый раз при детской агрессии, а также при гневных словах взрослого по отношению к другому взрослому или невиновному ребенку, этот ритуал стал повторяться. Даже сам разгневавшийся с облегчением принимал в нем участие, выпуская свой гнев.
Половина людей, остававшаяся на станции, со смешанным чувством зависти и ужаса разглядывала жизнь вышедших. Многие из них расхаживали нагими или носили юбки из крапивного лыка, они плескались в воде ручья, уже пару раз ездили купаться на море, питались не в пример качественнее, поскольку морских свинок и крапивы стало уже много. Огороженная электрической изгородью территория казалась просто громадной: примерно километр на два километра, с двумя родниками и ручьем. Правда, во втором роднике вода была горькой и он был маленьким, но и эта вода была безвредной, а врач даже рекомендовал ее пить в качестве минеральной приправы. Около второго родника уже выросли заросли крапивы и вскоре намеревались посадить еще делянку ячменя. На территории было также пробурено несколько колодцев. Колодцы было решено делать по всей территории Калахари, причем делать основательно, глубокими, каменными, с каменной лестницей для будущей ручной чистки. Колодцы должны были стоять сотни лет, как в земных пустынях.