— Не насмехайтесь надо мной, господин Диксон! — умоляюще протянул он.
— Ни в коей мере… Выслушайте меня внимательно, Гудфельд.
Смотрели ли вы внимательно на мисс Маргарет Чикенсталкер? Если да, то могли бы заметить, что на ее лице сохранились следы былой красоты. Более того, на безымянном пальце левой руки остался след от кольца, кольца обручального. Несомненно, она надевает его тайком. Вечером, ночью… единственные часы, когда она пользуется полным одиночеством.
Я представляю себе этот роман. Пиви, который при поступлении на службу к сестрам Чикенсталкер был еще молод, завязал с ней интрижку. Маргарет, единственная и, похоже, сентиментальная (у нее до сих пор голубые нежные глаза) отвечает на эту любовь. Но она находится под пятой своих сестер, из которых главная старшая сестра. Эти две никогда не дадут согласия на ее брак.
Однако он состоялся, но тайно.
Продолжаю писать свой роман.
Что мы видим во второй главе?
Лилиан, в свою очередь, влюбляется в Пиви, единственного мужчину, который находится рядом. Она смелее своей сестры. Она предлагает Пиви тайный союз, который он, человек слабый по определению, не может отвергнуть… Время идет, ничего не меняется.
Третья глава: Катарина узнает всё.
Что делать? Сдать своих сестер и жалкого Пиви правосудию и в то же время отдать фирму Чикенсталкер на осмеяние и разорение? Глупость не допускается! Катарина женщина ужасная, что подтвердилось на наших глазах. Прежде всего, она хочет отомстить своим сестрам за отвратительное двуличие. Она разобьет им сердца, взяв несчастного Пиви в оковы морганатического брака!
Но всё это роман, как вы сами только что сказали! — воскликнул Гудфельд, отнюдь не убежденный словами сыщика, но все же поколебленный ими.
Не так быстро! Лилиан и Катарина тоже имеют следы на безымянных пальцах. И тоже втайне надевают сей символ Гименея!
Но почему они хотели отправить Пиви в тюрьму?
Их идея была не совсем такова! В основном они хотели его припугнуть. Я так и вижу, как две супруги, за исключением бедняги Маргарет, угрожают ему призраком правосудия, судом присяжных, бесчестьем, гнилой соломой темницы, протухшей овсянкой, каждый раз, когда бедняга Пиви пытается восстать! И наконец, я вижу, как троеженец окончательно взбунтовался против них. И слышу его крик: «Вы не осмелитесь меня обвинить!»
А они осмеливаются, в основном Катарина. Однако они обвиняют его не в троеженстве, а в краже! Не знаю, до каких границ они довели зловещую комедию. Заметьте, ведя скрытную жизнь, они, похоже, хорошо знают, насколько опасна машина правосудия. Быть может, они считают, что Пиви, получив небольшой срок, еще больше попадет под их власть. Здесь я могу только выдвигать предположения…
Быть может, они думали, что достаточно забрать жалобу, чтобы судебное преследование закончилось и Пиви до конца дней своих стал послушной игрушкой в их руках.
Но Пиви исчезает…
И расклад меняется. Главное — найти беглеца. Полиция сделает это лучше, чем они. Но не откроется ли в этом случае тайное? Малоправдоподобно, но дамы считают, что такое может произойти. Надо брать быка за рога.
Пиви из экономии не имел жилья в городе. Он жил в доме трех своих жен. Несомненно, для соседей он разыгрывал небольшую комедию с ежедневными уходами и приходами.
Но ему всё же надо было иметь жилье в городе. Эти дамы нам сообщили о нем. Но лучшее зачастую враг хорошего. Мисс Катарина, которая стоит во главе сестер и соображает лучше, надо это признать, находит трюк с ложным адресом. Ее выдумка даже лучше: она называет несуществующий адрес.
Гудфельд тихо покачивал головой.
— Я не могу следовать за вами по этому пути, господин Диксон. Мне кажется, что, рассуждая таким образом, мисс Катарина пыталась помешать Пиви вернуться к ней и ее сестрам!
Гарри Диксон долго смотрел на своего друга.
— Богу богово, кесарю кесарево, Гудфельд. Вы сделали замечание, имеющее истинную ценность. Что-то должно было произойти, что изменило их первоначальные намерения. Ибо, прежде всего, они хотели возвращения Пиви… И вдруг всё изменилось. Назвав Пиви бездомным, они поставили его в трудное положение по отношению к правосудию. Что-то произошло… но что? По-видимому, что-то невероятное. Эти дамы играют с огнем. Они, быть может, сожалеют об этом и хотят поменять прицел. Внезапно Пиви стал нежелательным элементом. Он должен оставаться исчезнувшим или… там, где он находится. Где он? Я многое бы дал, чтобы узнать это. Гудфельд, мой добрый мизинчик подсказывает мне… А он отличный советник! Есть кое-что…
Я влезаю в дело Чикенсталкер-Пиви!