— Я знаю, — сказал Дженкинс. — Но если время будет.
— И она не сохранится надолго, — сказал Даль. — Ты же знаешь.
— Долго и не надо, — ответил Дженкинс. — Главное, чтоб хватило.
— Хорошо, — сказал Даль.
— Спасибо, — сказал Дженкинс. — А теперь, я думаю, тебе лучше как можно быстрее убраться с корабля. Послать сообщение от Керенского было умно, но стоит искушать судьбу больше, чем следует. Вы и так ее достаточно искушаете.
— Вы не можете так со мной поступать! — сдавленным голосом произнес Керенский из контейнера. Он проснулся пять минут назад, проспав больше десяти часов. С тех пор Хестер его дразнил.
— Забавно слушать, — ответил Хестер. — Учитывая, где ты.
— Выпустите меня, — сказал Керенский. — Это приказ.
— А это слышать еще забавнее, — сказал Хестер. — Особенно из ящика. Из которого ты не можешь выбраться.
Возникла пауза.
— А штаны мои где? — жалобно спросил Керенский.
Хестер покосился на Дюваль.
— Тут я вынужден передать мяч тебе, — заявил он.
Дюваль закатила глаза.
— Мне надо отлить, — сказал Керенский. — Правда-правда.
Дюваль вздохнула.
— Анатолий, — произнесла она. — Это я.
— Майя? — встрепенулся Керенский. — Они и до тебя добрались! Не волнуйся. Я не позволю этим мерзавцам что-нибудь с тобой сделать! Вы меня слышите, уроды?!
Хестер недоверчиво посмотрел на Даля. Даль пожал плечами.
— Анатолий, — с нажимом произнесла Майя. — Они до меня не добрались.
— Что? — спросил Керенский. И через минуту вздохнул, — А.
— А, — согласилась Дюваль. — А теперь послушай, Анатолий. — Я собираюсь открыть ящик и выпустить тебя, но ты правда, правда должен не паниковать и не делать глупостей. Как ты думаешь, ты справишься?
Возникла пауза.
— Ага, — сказал Керенский.
— Анатолий, эта маленькая пауза, которую ты только что сделал, заставляет меня предположить, что на самом деле ты планируешь сделать что-то очень глупое, как только мы тебя распакуем, — ответила Дюваль. — Просто будь в курсе, что тут двое моих друзей держат импульсники наставленными прямо на тебя. И если ты сделаешь что-нибудь особенно идиотское, они тебя подстрелят. Ты меня понял?
— Ага, — несколько безропотней ответил Керенский.
— Хорошо, — сказала Дюваль и подошла к контейнеру.
— Импульсники? — спросил Даль. Никто из них не взял импульсников с собой. Пришла очередь Дюваль пожать плечами.
— Ты же знаешь, что он врет, — сказал Хестер.
— Вот поэтому-то его брюки у меня, — ответила Дюваль и начала открывать замки.
Керенский выскочил из ящика, сделал перекат, увидел дверь, ринулся к ней, обрушился на нее всем телом, распахнул и вывалился наружу. Все проводили его глазами.
— И что теперь? — спросил Хестер.
— Окно, — ответил Даль. Они встали и подошли к окну, подняв жалюзи, чтобы видеть улицу.
— Будет весело, — заметил Хестер.
Через тридцать секунд появился Керенский, выбежавший на улицу и остановившийся в полном замешательстве. Машина просигналила ему убираться с дороги. Он вернулся на тротуар.
— Вернись, Анатолий! — позвала Дюваль через окно. — Бога ради, ты же без штанов.
Керенский обернулся на голос.
— Это не корабль! — заорал он вверх.
— Нет, это гостиничный комплекс «Бест Вестерн Медиа Центр», — ответила Дюваль. — Бербанк.
— Это планета такая? — крикнул Керенский. — В какой системе?
— Да боже ж мой, — пробормотал Хестер. — Мы на Земле, болванище! — завопил он на Керенского.
Керенский недоверчиво огляделся.
— Что, случился конец света? — крикнул он.
Хестер бросил взгляд на Дюваль.
— Ты что, правда, занималась сексом с этим имбецилом?
— Слушай, у него был тяжелый день, — ответила Дюваль и вернулась к Керенскому. — Мы переместились назад во времени, Анатолий, — сказала она. — Сейчас 2012 год. Он так выглядит. А теперь вернись в дом.
— Ты меня отравила и похитила! — возмутился Керенский.
— Знаю, и мне правда очень жаль, — ответила Дюваль. — Я вроде как спешила. Но, послушай, тебе надо вернуться внутрь. Ты же полуголый. Даже в 2012-м тебя могут за это арестовать. Тебе не понравится быть арестованным в 2012 м, Анатолий. Это не слишком подходящее время, чтобы оказаться в тюрьме. Возвращайся назад, хорошо? Мы в номере 215. Просто поднимись по лестнице.
Керенский огляделся, поглядел вниз на свою бесштанную половину и рванул обратно в «Бест Вестерн».
— Я с ним в одной комнате жить не буду, — заявил Хестер. — Просто чтоб вы знали.