Ф-фух. Вроде пронесло. Потопали!
Ушедшие вперед пушкари уже остановили свои упряжки и потянулись к потерпевшей аварию сцепке, захватив с собой всякий разный плотницкий инструмент. Видимо, процедура полевого ремонта подвижного состава у них была хорошо отработана. Ну а мы, загребая грязь ботинками, просочились сквозь них дальше вперед.
Когда мы обошли артиллерийский обоз, растянувшийся метров на пятьсот, я все-таки спросил у Сашки:
— Слушай, а ты чего такой не по размерам борзый? Чего пихаться-то начал? А ну как они бы на нас всей толпой бросились?
Сашка изумленно посмотрел на меня:
— Они? Да ни в жисть! Кишка тонка у них супротив наших!
Да уж. Походу, он и правда отморозок.
— Ну а если все же?
— И чего? У нас вон Никита со Степаном таких по десятку запросто раскидают своими кулачищами! Чего бояться-то?
О как. То есть себя как бойца Сашка не воспринимал? Видимо, Никита подумал о том же и потянулся отвесить Сашке затрещину. Тот резво отскочил и затараторил:
— А что, не так, да? Что, испугался нарвских? Испугался, да?
Мы с парнями переглянулись и покачали головами. Вот заноза мелкая!
Пробка у просеки из-за артиллерийского обоза перекрыла движение на некоторое время, потому следующие полверсты мы шли по практически пустой дороге. А там и приметное круглое озеро показалось, а рядом тот самый верстовой столб, неподалеку от которого наши капралы уже грели руки у костерка.
Ефим издалека махнул нам рукой. Сюда, мол.
— Подходите, подкрепитесь, чем бог послал.
— Ого, а вы уже и костер развести успели?
— Да нет, нам его любезно оставили наши добрые друзья из Нарвского полка. И даже с угощениями, — ответил нам капрал Смирнов и ехидно ухмыльнулся.
— Прям вот взяли и оставили?
— Конечно, Жора! Ведь мы их вежливо попросили. А вежливую просьбу всякий уважит, — и со значением потер ладонью кулак.
М-да. Я так смотрю, солдатское братство тут в полный рост, ага. Впрочем, костер и горячий перекус — вот они, так что нас долго упрашивать не надо. Составили мушкеты пирамидой и расселись у костра.
— Ну как, узнал что-нибудь про твоих этих разбойников? — спросил меня Ефим, когда я наскоро прожевал кусок лепешки.
Я кивнул.
— Ага. Нарвские их видели недавно. Меньше десятка человек, при трех вьючных лошадях. Спрашивали про обходную дорогу, чтобы с войсками разминуться. Нарвские пушкари считают, что это именно те, которых заметили разбойничавшими в Польше.
Капрал Годарев удивленно взглянул на Ефима, а тот довольно улыбнулся. Мол, знай наших.
— Так думаю, что должна быть какая-то более-менее нормальная дорога через деревни на Новгород, — продолжил я. — Гражданские ведь явно не будут ходить по одной дороге с войсками.
— Слово-то какое мудреное — гражданские! Но мыслишь верно, — ответил мне капрал Смирнов. — Мы тут порасспросили проезжих да мимохожих и пришли к такому же выводу. Селяне ходить рядом с полковой колонной не любят. Солдатики — они такие. Вопросами всякими замучают. Мол, помогите служивому люду чем можете. Едой али копеечкой. А потом так лихо — а если найду, мол? Хе-хе! Потому простые люди стараются в сторонке переждать, пока войска пройдут. Да и благородные тоже не очень любят повдоль войск раскатывать. То карета завязнет на разбитой дороге, а пока выталкиваешь — глядишь, служивый люд чего-нибудь с нее открутит. Чтобы, значит, карета полегче стала и ее проще было с колдобины вытолкнуть. Ха!
— Вторая мысль, — продолжаю я. — Раз генерал Лопухин смотр назначил, то туда, наверное, офицерские семьи могут приехать? Ну смотр же, парад, красиво. А потом еще небось бал какой-нибудь устроят, верно?
— И это верно, Жора. Соображаешь!
— Так вот и получается. Если кто из благородных поедет с Новгорода или еще откуда, то они попробуют пробираться не по прямоезжей дороге, а как-нибудь окольными путями. Чтобы, значит, разминуться с полковыми колоннами. Которые тут все большаки заняли уже две недели как. И наши иноземные друзья про то знают. Могут ведь где-нибудь засаду устроить да попробовать подловить богатеньких? Запросто могут.
В разговор вступил капрал Годарев.
— Я для этого случая солдата взял. Вон, Сила Серафимович, — кивнул капрал на мужика лет сорока. — Он сам с псковской родом, да с полком здесь ходил несколько раз. Многие дороги знает.
— Годится, Максим Нилыч! Значит, вот как поступим… — начал было Ефим.
Поднимаю руку. Ефим взглянул на меня, и я сказал:
— Извини, что перебил. Тут такое дело. Нам ведь не просто надо шайку прищучить. Нам желательно именно спасти кого-нибудь. Хорошо бы если из родственников какого-нибудь генерала.