В комнате для посещений, его ждал невысокий мужчина в добротном костюме-тройке, с аккуратно подстриженной бородкой. На лощёных руках часы и золотая печатка.
— Здравствуйте, я Ваш адвокат Мэльс Каурбекович Курбанов. Меня наняла Ваша невеста Елена Вячеславовна Краснова.
Он, жестом, предложил Юре сесть, напротив через стол, а вставшего рядом санитара, отправил в коридор.
— Но Лена, мне не невеста, — шёпотом уточнил Юра, когда они остались вдвоём.
— Это не важно. Важно то, что она заключила со мной договор и оплатила мои услуги, — он показал документ и чек на сто рублей.
— И Вы за сто рублей будете мне помогать? — засомневался новоявленный клиент адвоката.
— Меня попросил Иван. Он мой друг и я постараюсь изменить ваше нынешнее положение, но вы, молодой человек, должны быть со мной предельно откровенны. Не сомневайтесь, всё сказанное вами, останется здесь.
Юра вздохнул, подумал, что деваться ему некуда и рассказал адвокату всё: про Стерию, про смерть у спальни императрицы, про долгое движение по спирали в тёмном коридоре межпространства, про встречу с Леной.
— И с этого момента Вы стали осознавать себя в мире Земли? — уточнил адвокат, до этого слушавший, не перебивая.
— Я думал, что сошёл с ума. Если бы не Лена, даже не знаю, что со мной бы было.
— Если хотите отсюда выбраться, то никому не рассказывайте про ту свою жизнь. Будут приставать с вопросами, говорите, что приснилось. И называйтесь Юрием, Юрой, Юркой. Юстием назовётесь потом.
— А Лене можно?
— Лене можно. Заодно и узнаете, как она к Вам относится.
Далее Мэльс Каурбекович стал расспрашивать об условиях содержания в стационаре. Вопросов было много и по тому, как адвокат стал потирать руки, стало понятно, что может случиться грандиозный скандал.
— К Вам завтра придёт Иван Игоревич. Вы напишете на Лену доверенность на время пребывания в стационаре. Иван её заверит. Никому не рассказывайте о нашем разговоре. Я к главврачу. У меня есть к нему вопросы.
В тот же день у главврача состоялся нелицеприятный разговор с адвокатом Юрия.
Доктор хорошо знал, этого служителя Фемиды. Мэльс очень удачно выступал на стороне защиты прав пациентов. По решениям судов приносились извинения, выплачивались компенсации и даже, парочка, очень уж неудачливых, чиновников от медицины были сняты с должностей. Кто же знал, что бомж, пусть даже и интеллигентный, может быть в кругу интересов адвоката.
— Юрий не признан недееспособным, значит, он обладает всеми правами обычного человека. Вы, до сих пор, не ознакомили пациента с диагнозом, но неделю кололи ему транквилизаторы. Вы отказали ему в посетителях.
— Он говорит, что он дракон! — попытался вставить врач.
— Конфабуляционные воспоминания, — не мне вам рассказывать, что это совсем другие лекарства.
— Что Вы хотите, Мэльс Каурбекович? — врач сидел с видом обречённого каторжника.
— Вы разрешите невесте Елене Вячеславовне Красновой посещения Юрия. Вы проведёте все необходимые обследования, поставите правильный диагноз и, конечно, будете его правильно лечить. Не задержите Юрия, здесь, ни одного лишнего дня. И… увольте санитара Геннадия.
Врачу, совсем, было, не жаль Генку- садиста, но у него теперь, опять дефицит кадров, и завотделением печально вздохнул.
— Завтра Вам принесут нотариально заверенную доверенность от Юрия на имя Елены Вячеславовны. Можете часть решений переложить на неё.
— Ну, хоть что-то приятное, — подумал врач и иронично хмыкнул.
18 глава
5 февраля. Лена
Дела не просто сдвинулись. Всё закружилось в бешеном темпе. Нотариус, адвокат, опять нотариус, беседа с завотделением и, наконец-то, свидание с Юрой.
Они очень обрадовались друг другу.
— Обними меня, я же твоя невеста, — сказала Лена, зная, как адвокат, представил её.
Юра медленно протянул к ней руки, осторожно коснулся её лица, а потом, смяв плечи, рывком прижал к себе. Она задохнулась, от обволакивающего, всё тело, тепла, проникающей неги и сладкой слабости.
— Ох, — только и смогла сказать Лена и обмякла в руках своего мужчины.
А Юра, смотрел на неё и не верил: в чужом мире, в другой жизни он, всем своим существом, осязал свою истинную пару.
— Я умер, чтобы встретить её? — думал человек, знающий себя драконом.
— Теперь моя жизнь, здесь, имеет смысл!
— Юра, расскажи мне про себя, — наконец — то, она решилась задать этот вопрос.
Он немного помолчал, а потом стал рассказывать про ту свою жизнь — самое важное, то, что дорого сердцу, и что поможет ей поверить ему.