Лена слушала и думала:
— Кто из нас двоих сумасшедший? Он — рассказывающий про друзей-драконов, врагов-нагов, магию, истинных, или, она — готовая во всё это поверить. Лена читала про такое в книжках. Может быть, он тоже читал, и сейчас просто выдаёт желаемое за действительное.
На лестничной клетке больницы (там встречались те, кому можно) было холодно, но от Юриных рук шло тепло, и они всё сидели и сидели, на подоконнике окна лестничного проёма, не в силах расстаться.
Его позвал санитар. Пора прощаться.
— Как же тебя зовут, там?
— Юстий, но пока это наш с тобой секрет.
Он зашёл в отделение, а Лена, раскрасневшаяся, с трепещущим сердцем, прижалась лбом к холодному стеклу. То, что он её мужчина, она ощущала даже не на физиологическом уровне, а на уровне клеточном. Каждая её частица напиталась его теплом, и Лена чувствовала, что когда потребуется подпитка этих новых внутренних энергий — он с ней поделится. Значит, без него больше не прожить?
Из своих дурацких драконьих романов, она знала, что такие ощущения может испытывать только истинная пара. Но, этот мир — другой, и драконов в нём нет.
— Что же делать?
Добравшись на автобусе домой, Лена позвонила Олимпиаде Серафимовне и пригласила её на чай. Соседка, с большим интересом относилась к этой истории и, кажется, даже переживала за Юру. Она знала про странный сеанс целительства, про изоляцию парня в психоневрологический диспансер и про то, что Лену, там, представили невестой. Но Лена, боясь, что разговоры, всё-таки передаются родителям, так и не рассказала ей предысторию из мира драконов.
Олимпиада Серафимовна, пила зелёный чай и качала головой.
— Что ты будешь делать?
— Я не могу его бросить. Мне его жалко. Из больницы заберу к себе.
— Не боишься?
— Боюсь, но по-другому не могу. Вы же присмотрите за нами?
Соседка засмеялась.
— Проблема в восстановлении документов. С чего начать? По всему городу расклеены объявления о помощи бездомным. Может к ним обратиться?
— Разве можно верить тому, что на заборе написано? — Серафимовна помолчала, потом решительно стукнула ладонью по столу. — Я, кажется, знаю, как мы поступим. Покажи мне его, так чтобы он не знал. Сможешь?
19 глава
10 февраля. Они
Они, привычно обнявшись, сидели на подоконнике. Лена рассказывала о том, как её сегодня вызвал врач.
— Он очень удивился, почему не получилась твоя энцефалограмма. График выдавал две кривых: одна — чёткая, соответствующая ритмам головного мозга здорового человека, а вторая — размытая, идущая, словно фоном, и абсолютно неадекватная.
— Конечно, — Юстий шептал ей на ухо. — Второй — это мой дракон. Он никуда не делся. Он здесь.
И парень постучал себя по голове.
— Думаю, что любое обследование, принятое медициной этого мира, покажет мою двойственность.
— Интересно, а кардиограмма покажет биение двух сердец? — задумалась Лена.
А Юстий обратил внимание на старенькую женщину, сидевшую на стуле, в углу лестничной клетки. Она, словно кого-то ждала, но этот кто-то всё не приходил, и женщина тихо плакала, вытирая слёзы вышитым платочком.
Юстий, оставив Лену, подошёл к бабушке и присел перед ней на корточки. Ему казалось, что она сильно замёрзла, и он протянул к ней, сложенные ладонями вверх, руки. Женщина сначала замерла, а потом осторожно дотронулась до его пальцев. Она почувствовала, как по всему организму разливается уютное тепло.
— Я могу вам чем-нибудь помочь? Может позвать кого? — спросил Юстий.
Бабушка, всхлипнула и с сожалением убрала свои пальчики из его тёплых больших ладоней:
— Спасибо, внучок! Я увидела того — кого хотела увидеть.
Она встала, и медленно, держась за перила, стала спускаться вниз.
— Я пойду, помогу ей, наверное? — спросила Лена осторожно, боясь обидеть Юса.
— Иди, конечно, я никуда не денусь.
Вечером, за ставшим традиционным чаем, Олимпиада Серафимовна плакала. Лена, молчала, понимая, что сейчас решается их судьба.
— Он очень похож на моего Егорку, — всхлипывала соседка, — только, Юра — выше и мощнее. Через два месяца будет пять лет, как пропал мой мальчик, потом, его официально признают умершим. Вычеркнут его имя, а я на могилку, всё равно, не смогу сходить, потому что нет этой могилки. Вот я и подумала, что надо научить твоего Юру, признать меня бабушкой.
Лена, не верила своим ушам!
— А если, вдруг, Егор всё-таки найдётся? — не удержавшись, спросила она.