Как всегда, закрыв за ней дверь, он переместился на кухню, включил чайник и подошёл к окну. Высмотрев хрупкую фигурку любимой женщины в огромном дворе, взглядом проводил её до арки. Она, зная, что Юс смотрит, обернулась, помахала рукой и исчезла в новом дне.
Юстий завёл будильник на час, но подумал о том, что надо сходить к бабушке, и переставил его на двенадцать.
Они теперь вместе жили у Лены. Олимпиада Серафимовна, первое время, конечно. охала и ахала, что опять остаётся одна, но всё это было спектаклем для подружек на лавочке. Её, конечно, не оставили без помощи. И каждый день она рассказывала, что приходил Егорка, принёс продукты, смазал скрипучую дверь, починил кран или что-либо ещё по хозяйству сделал. Лена перемыла полы, простирала и погладила шторы. И подружки всплёскивали руками, качали головами, и то ли радовались за неё, то ли завидовали.
Юс попытался заснуть, но, не смотря на усталость после ночной смены, в голове крутились мысли, то и дело возвращающие его на десять дней назад. Тогда, он вдруг осознал, что ему не хватает времени. Оказалось, что жить с обычной женщиной в одном помещении, не значит — быть с ней вместе. Между ними стояла их работа. Иногда они даже ночью не виделись. И нередко у них не совпадали выходные.
Ему необходимо время! Империя сама себя не построит. И Юстий написал на заводе заявление об увольнении по собственному желанию. Начальник цеха, очень удивился. Ведь он видел, что этому парню работа нравится.
— Почему? — спросил он.
— Мне нужно время, много времени, а где взять огонь, я теперь знаю, — ответил Юс, вспоминая поляну со следами древней магии, в деревне родителей.
Начальник, не понимая, в чём взаимосвязь между временем, огнём и его цехом, вздохнув, подписал заявление, конечно с двухнедельной отработкой.
Юстий, всё-таки встал, включил кофеварку и, посмотрев на умную колонку, спросил:
— Алиса, что ты знаешь о кладах?
— Вот что я нашла: десять потерянных кладов России, — отозвался странный женский голос, и стал перечислять потерянные сокровища за всю историю страны. Алиса называла что потеряно, кем, когда и самое главное — где.
Юс достал из стопки учебной литературы атлас и попросил ИИ повторить свою лекцию. Он отмечал предполагаемые места кладов, радовался и сомневался одновременно.
— Что из этого — правда, что легенда — разберёмся. Но начнём со Смоленской области. Правда, дракон?
— Летать! Хочу летать! — застонало у него в голове.
— Потерпи до выходных. Нас в авиаклуб записали. Пойдём, посмотрим, на чём тут летают.
В четыре часа они выходили из дверей организации со странным названием из четырех букв.
— Тили-тили тесто! Жених и невеста! — вспомнила Лена детскую дразнилку.
— О, а у нас тоже так говорят! — засмеялся Юстий.
— Ну, хоть в чём-то наши миры похожи! А какая у тебя фамилия там?
— Лортэн, — буркнул Юс и отвернулся.
Лена уже пожалела о своём вопросе.
— Наверное, — подумала она, — все миры похожи ещё и болтливыми бабьими языками.
— Когда-нибудь — мы будем Лортэнами! Обязательно будем! — как можно более оптимистично сказала она вслух.
Юс вздохнул, обнял её и подумал:
— Все миры держатся на женском милосердии.
43 глава
30 июня
— Как быстро в этом мире летит время, — думал Юстий. — Ещё совсем недавно, мы приносили любовную жертву древнему богу, а уже сегодня — перед лицом государства отказываемся от своей личной свободы.
Сегодня они стоят перед регистратором и слушают длинное скучное нравоучение про лодку в жизненном море.
— Почему лодка? — думал Юс. — Семья — это убежище, гнездо, пещера, где можно спрятаться и где тебя пожалеют. В семье ты проявляешь свои лучшие качества: смирение, милосердие, трудолюбие. Все бури там — снаружи, а здесь твой личный маленький мир, куда ты допустишь только того, кого любишь.
Он смотрел на свою Леночку и понимал, что счастлив. Вот здесь, в этом — пока ещё чужом мире, и именно сейчас — со своей истинной парой.
Сегодня их праздник. Сегодня их свадьба. Его невеста в длинном красном платье — сногсшибательна. Волосы, зачёсанные наверх и красиво уложенные, открывают изящную шею. Юсу нравится, что Лена сделала минимальный макияж и была похожа на себя, а не на всех других. А ещё она надела золотые серьги, которые он купил ей с первой зарплаты.
Сам Юс — в белой рубашке и чёрных брюках. Он хотел джинсы, в них так удобно, но Лена, менторским голосом, две недели внушала ему, что джинсы на праздник не надевают, и Юс сдался. Под шумок, на него ещё и галстук нацепили. Вот это зачем — он вообще не понял.