— Живица, дочка, живица. Домашнего производства. Очень полезна для рта и зубов.
Что такое живица, Лена знала, но как её употребляют?
— Да, как жвачку, — разъяснила женщина. — Кладёшь в рот, немного согреваешь, а потом жуёшь. Не глотаешь. Как надоест — выплёвываешь. На, попробуй! — и ей предложили маленький кусочек этой странной еды.
Лена посомневалась, но положила живицу в рот и почувствовала, как наполняется ароматом хвойного леса.
— Эта — кедровая, эта — сосновая, эта — еловая. С добавлением облепихи, с можжевельником, с брусничным соком, — рассказывала торговка про свой товар, уже понимая, что купят.
— Берём всё! — решил Юстий, глядя на восхищённое лицо жены.
И всё же, главное в их пребывании на байкальской земле — это моменты единения с природой. Ни Лена, ни Юстий не могли сказать, что на них влияло больше — выходы в тайгу с егерем или купание в холодных водах Байкала. Сидя на крыльце, в полной тишине, они каждый день встречали и провожали рассветы. И у них, в мангале, постоянно горел огонь. Во время прогулок Лена собирала шишки, подбрасывала их в огонь, и над базой плыл смоляной запах тайги. Всё это вызывало умиротворение, ощущение наполненности и счастья.
А ведь была ещё и баня. Жаркая, душистая, оздоравливающая. Юстий лежал на верхнем полке, наслаждался проникающим в каждую мышцу жаром, и знал, что его дракон тоже счастлив. Лена не ходила с ним, слишком жарко. Она ждала его в предбаннике с горячим чаем и овсяным печеньем.
— Странная всё-таки парочка, — перешёптывался персонал. — Не пьют, на танцы не ходят, мангал жгут, но шашлык не жарят. И всё время в обнимку. Любовь у них, наверное.
Сидя в последний вечер на крыльце и провожая закат, Лена думала о том, что не жалеет об экзотических странах. Там бы отдохнуло тело и ум, а здесь ещё и душа. Причём не просто отдохнула, но ещё и напиталась силой этой земли.
— А вдруг, то, что связывало нас здесь, не отпустит Юстия, когда он будет уходить.
51 глава
21 июля. Кемеровская область
Чтобы добраться до Трактового им потребовалось больше суток. То, что на карте нарисовано рядом, в жизни разделено многими километрами. Трансфер от базы, поезд Иркутск — Тайга, такси, и, наконец, они на месте.
Трактовый — ликвидированное поселение. Кое-где можно увидеть, заросшие бурьяном и крапивой, остовы бывших домов. На краю — развалины какого-то небольшого заводика. За посёлком — пруд, почти правильной прямоугольной формы. Постоянных жителей в Трактовом нет. Но, иногда, летом, приезжают потомки тех, кто когда-то здесь жил: на рыбалку, охоту, за грибами, ягодами или просто на пикник.
Мэльс был уже на месте (поезд из Москвы прибыл раньше, чем из Иркутска) и руководил возведением лагеря. Для Лены и Юстия поставили отдельную, просторную, из трёх отделений, палатку. Предполагалось, что именно в ней будут проходить секретные совещания. Мэльс и Визирь решили обитать вместе. Для ребят из эльфовой банды поставили огромную армейскую палатку. Здесь же предполагалось хранить оружие. Турагентство наняло обслуживающий персонал: уборщицу и кухонную рабочую, конечно с круглосуточным проживанием. Для них тоже предусмотрели палатку. Под тентом соорудили обеденную зону и кухню. Повара Визирь вёз с собой. Была установлена походная баня. Немного в стороне воздвигли биотуалет. Ещё дальше задвинули бензиновые генераторы электричества. Тайга — тайгой, а современный человек без электроэнергии никуда!
Лена и Юстий оставили чемоданы в своём походном доме, и вышли на улицу.
— Пора определиться с направлением поисков. Пойдём, проверим зов, — предложил Юс жене.
— Ты его слышишь? — почему-то шёпотом спросила Лена. Она обратила внимание на то, как изменился муж. Из веселого простого парня он превратился в сурового воина. Лена смотрела на жёсткое выражение его лица, видела сдвинутые брови, напряжённую полоску рта и представляла его в бою.
— Пока очень слабо, но слышу.
Юс обнял Лену за талию и повёл её за пределы лагеря в сторону леса. Жена попыталась освободиться, но он прижал её ещё сильнее.
— Ну что про нас подумают люди!? — попыталась она возмутиться.
— Чем больше про нас будут думать глупостей, тем лучше.
Зов он слышал давно.
Ещё на подъезде к Тайге в голове раздался, неподходящий к обстановке, металлический звук. Словно на даче из рукомойника, в пустой таз, капала вода. Звук был приглушённым, но очень настойчивым.
Дойдя до опушки леса, Юстий поставил жену перед собой, положил руки ей на плечи и вместе с ней стал медленно поворачиваться вокруг себя.