Юра постепенно начал вставать. К моменту, когда разрешили обычную еду, стал выходить на встречи с ней в приёмный покой. Он сильно похудел. Казалось, что стал ещё выше, и вся его фигура, была какой-то нескладной, с длинными тонкими руками и ногами. Заострился нос, ввалились щёки, но его необыкновенные глаза стали ещё ярче. И как-то совсем не по больничному смотрелись волнистые каштановые волосы, собранные в хвост.
Вид парня вызывал у Лены жалость, но ровно до того момента, пока она не замечала, что все женщины, которые находятся в помещении оглядываются на него. Тогда она брала Юру под руку и уводила в тёмный уголок, а уходя, ревниво провожала его до дверей отделения.
В какой-то момент Лена, поймала себя на мысли, что думает о нём как о мужчине.
— Может ли он стать моим? — думала девушка, а в голове противно подхихикивал здравый смысл.
В свои 27 лет, она, конечно, уже не была девственницей, и такие мысли не вызывали у неё смущения, но внизу живота возникала характерная горячая тяжесть, и Лена счастливо и мечтательно улыбалась.
В начале декабря Юру перевели в неврологию.
— Все, что было по хирургии, мы вылечили, — объяснил Сан Саныч. — Теперь пусть неврологи лечат его амнезию.
8 глава
Конец декабря. Юра
Это была уже третья палата в этой самой обычной городской больнице. Вот только он считался необычным пациентом. У него даже прозвище было — интеллигентный бомж. Что это значит, ему было всё равно, главное, чтобы Лена приходила почаще. И она ходила, почти каждый день. Правда, иногда её к нему не пускал Педсовет. Кто это, Юра не знал, но уже его ненавидел.
Он так и не вспомнил, как жил раньше, и каким образом оказался во дворе на скамейке, но прекрасно помнил все события с момента встречи с Леной, и постепенно у них появились общие темы для разговоров. Она рассказывала об учениках, а он про соседей по палате и врачей.
Ему везло на соседей. Мужчины сначала ревниво осматривали его габариты, но понимая, что он безобидный парень, быстро принимали Юру в свой мини-коллектив и весело помогали ему в осваивании мира.
— Юрок, ты, правда, ничего не помнишь? — спросил Макс — рыжий парень, получивший в драке сотрясение головного мозга.
— Правда, до встречи с Леной, ничего не помню.
— И даже, как бабу разложить, не помнишь? — Макс подмигнул замолчавшим мужикам.
— Зачем её раскладывать? — удивился Юра (кто такая баба он уже знал).
— Иди, покажу! — и Макс протянул смартфон, из которого неслись весьма своеобразные звуки.
Палата молчала и ждала.
Юра подошёл, посмотрел на экран и сразу понял, чем на экране занималась эта парочка.
— Как это можно показывать, как, вообще, на это можно смотреть? Ведь это очень личное, очень интимное! — удивился он про себя и отвернулся, но вдруг, его физиология абсолютно адекватно отреагировала на вид чужой любви, и соседи громко и смачно засмеялись.
— Ну вот, — хохотал Макс. — А то Лена ходит, ходит, а ты и не знаешь, что с ней делать!
Зря он это сказал. Когда Юра поднял глаза, то всем показалось, что в них полыхает пламя! Макс понял, что сейчас его будут убивать, и если бы наперерез Юрию не бросились соседи по палате, похабник получил бы новое сотрясение мозга.
— Юрочка, не горячись, — успокаивал его Иван Игоревич, самый старший из соседей по палате. — Нельзя. Выгонят из больницы на улицу. А он — дебил и охальник.
— Он оскорбил мою женщину! — скрипнул зубами Юра и сжал кулаки.
Макса он больше не замечал.
Перед выпиской, парень протянул Юре руку:
— Ты прости меня брат. Я был не прав, твоя Лена — лучшая женщина в мире. Береги её.
В его словах было столько раскаяния, что Юра не выдержал и пожал Максу руку. Расстались они если не друзьями, то точно не врагами!
9 глава
30 декабря. Лена
Лена, стояла перед витриной с мобильными телефонами.
Новые, они сверкали экранами, манили названиями брендов. Она выбирала смартфон для Юры.
— Дорого, купи себе лучше сапоги, — ныл здравый смысл.
Лена успокаивала его мыслью о том, что каждый человек должен жертвовать десятую часть от дохода людям, обиженным судьбой.
— Вот, это и будет моя лепта, — поставила она точку в споре со своей рациональностью, купила в кредит добротный смартфон и поехала в больницу.
Юра сегодня был какой-то задумчивый и всё время пронзительно на неё смотрел.
— Лена, а ты зачем ко мне ходишь? — вдруг спросил он.
Она на мгновение задумалась:
— Сама не знаю. Ни я тебе ничего не должна, ни ты мне ничего не должен, но вот если не получается тебя навестить, то мне становится очень грустно. Наши встречи стали для меня необходимостью.