Тот о чем-то спросил у меня, но я не понял вопроса и не мог сообразить, как лучше ответить: «да» или «нет». Он нащупал у меня самое слабое место: нацелил пистолет не на меня, а на Чарли и рассчитал верно. Као знал, что, угрожая Чарли, он угрожает мне. Без нее мне здесь делать было нечего. Он понимал, что, если случится выбирать, я всегда скажу: «Давай меня вместо Чарли». Инстинктивно он коснулся самой глубокой моей боли, как это умеет лишь прирожденный убийца. А я только и мог, что стоять вот так неподвижно в хижине, чувствуя, как липкий пот каплями стекает у меня со лба на переносицу и в уголки рта.
Неизвестно откуда возникла Набао и с жалобным причитанием бросилась к ногам Као, дергая его за одежду. Этого оказалось достаточно, чтобы поколебать его решимость, а через пару минут с поля подошли Кьем и трое крестьян. Остановившись в дверях, все они тут же принялись кричать, в то время как Набао тихо раскачивалась на полу. Я понял, что Кьем обладает какой-то тайной властью над бандитом. Когда он стоял на пороге, между ним и Као вспыхнула перепалка, но я понял, что самый опасный момент миновал.
Као плюнул в мою сторону и сунул пистолет в кобуру. Крики и ругань продолжались еще какое-то время, пока Као и его люди не убрались восвояси. На прощание Као ткнул пальцем сначала в Мика, потом в меня. После того как они ушли, Кьем помахал руками и тоже вышел из хижины вместе с крестьянами.
Набао, которая вмешалась в события в самый решающий момент, осталась и теперь убаюкивала Чарли, словно та была ее ребенком, что-то приговаривая и покачивая головой.
Нам пришлось рассказать Чарли, из-за чего сыр-бор разгорелся. Она ответила, что такое случается часто, что в полусне она чувствует посторонних, но не в силах открыть глаза и посмотреть, кто это.
– Твое счастье, – сказал я, все еще содрогаясь, – что тебя еще не изнасиловали.
– Бывало, – невозмутимо ответила она. – Пока Джек не положил этому конец.
Я только и мог, что смотреть на нее. И в то же время понимал, что взгляды Мика и Фила устремлены не на нее, а на меня. Чарли только что сказала такую ужасную вещь.
В эти секунды я чувствовал себя как пустой бобовый стручок и стоял вертикально, потому что позвоночник не гнулся. Мне показалось, что я ни дышать, ни слова сказать не мог, но тут я услышал собственный слабый голос:
– Тот, что с бородой?
– Другой тоже.
Я хотел все знать, но существуют вещи, о которых отец не может спрашивать у дочери.
Фил сказал:
– Об этом надо забыть.
– Дэнни, ты в порядке? – подал голос Мик.
– Да, – ответил я. – В порядке.
– Вовсе он не в порядке, – хмуро возразил Фил. – Я вижу, что он не в порядке. Он попытается выкинуть какую-нибудь глупость.
– Я же сказал, что в порядке.
– Не надо спорить, ребята, – вмешалась в разговор Чарли. – Ведь не вас же насиловали.
После всего случившегося у Мика еще остался запас какой-то нерастраченной энергии.
– Внимание, – скомандовал он, хлопнув в ладоши. – Надо навести здесь порядок. В этой хижине полный бардак. Фил, возьми у Набао метелку. Я хочу подмести пол. Дэнни, эта вонючая простыня все еще лежит на циновке у Чарли. Не стой столбом, давай сделай одно из двух: либо постирай, либо сожги. Чарли, я собираюсь вымыть тебе голову.
– Ну уж нет, – взмолилась Чарли.
– Посмотрим, – сказал Мик.
Он вышел из хижины и вернулся, притащив бак с водой. Затем выдавил полбутылки шампуня себе на ладонь.
– Подойди-ка сюда. Мик за главного. Начинаем! Чарли покорно подчинилась. Так же как и мы с Филом. Пока Чарли, выполняя команды Мика, горбилась над чаном, Фил подметал и прибирал в хижине.
Я вынес постельное белье Чарли и сжег его. Придется ей спать на одной из моих рубашек.
Мик тщательно вымыл волосы Чарли, ополоснул и расчесал, распутывая сбившиеся пряди. Все это время он был зол как черт. Я знал, почему он этим занялся. Ему передалась моя ярость. Ему надо было что-то с этим делать.
Когда с уборкой было покончено, мы почувствовали себя на грани изнеможения. Благоухая шампунем, Чарли уселась на циновке. Мы расположились на улице. Я старался глубоко дышать, чтобы хоть как-то освежиться в томительной жаре. Мы обливались потом и все же не могли унять дрожь после всех этих утренних событий.
Чарли обратила внимание, что у Мика на шее болтался кожаный шнурок. Наверное, он лопнул в драке, и Мик потерял свой амулет. Это сильно его встревожило, и мы с Филом занялись тщательными поисками талисмана, но так и не смогли его разыскать.