Прыжками сбегая по ступеням, взглянул на часы. Время истекало ка песок сквозь пальцы. Всего пять минут. Смогу ли я найти Риту и вытащить нас отсюда до прилета ракет? В это хотелось верить.
Третий этаж, коридор, нужная дверь. Заперта. Постучал кулаком.
— Рита, ты здесь?
— Да, — донеслось глухо из-за двери.
А дверь — словно вход в банковское хранилище: массивные петли, тяжелая конструкция…
Как мне ее пробить с моим-то уровнем телекинеза? Как мне достать оттуда Риту? КАК?!
Отступив назад, ударил телекинезом. Глухой удар, железо загудело, но дверь не дрогнула. Придется повозиться и пошуметь. Но сейчас уже было плевать на шум — времени не оставалось.
Внутри у меня был страх. За каждым углом опасность, в любой момент нас могут накрыть ракеты, смерть летает над головой… Вместе со страхом спаялось в одно целое отчаянное чувство несправедливости этого мира — почему Рита должна страдать? За что? Почему она за той дверью? Как мне ее спасти? А если не спасу — кто я после этого? КТО? Я? ПОСЛЕ ЭТОГО?! И это жгло душу.
Я начал концентрировать силу в руках. Во что бы то ни стало я должен открыть эту чертову дверь! Уйти без Риты было для меня немыслимым, словно она была частью меня, и если эта часть погибнет, погибну и я.
Исподлобья посмотрел на дверь, затем стиснул зубы до боли в деснах, сжал кулаки до хруста в пальцах. Краем глаза заметил, как зрение обрамилось уже знакомой синевой, пульсирующей и набирающей глубину. Давненько этого цвета не было… Руки похолодели, будто я сунул их в ледяную воду. Бить со всей дури я не собирался — нужно было затратить минимум сил. Думаю, их хватит. Все-таки, нужно будет еще как-то отсюда выбираться.
Удар! Дверь загудела, как старый колокол, но даже не помялась. Кажется, у меня нарисовалась проблема… Нет, точнее, проблемы. Первая проблема — это дверь. Вторая — телекинез. Чтобы сломать дверь, следующий удар должен быть сильнее, но я еще не применял телекинез с такой силой и не знал, как это отразится на моем организме. Но выбора у меня не было. Придется рисковать.
Удар! Пол под ногами задрожал, на голову посыпалась старая, сухая штукатурка, а в центре двери появилась небольшая вмятина. Меня накрыл откат: голову прострелила острая боль, по телу разлилось противное ощущение слабости, и я слегка качнулся, едва удержав равновесие.
Это было неприятно.
Игнорируя слабость и головную боль, я начал собирать силу для новой, более мощной атаки телекинезом. Думал ли я, что после этого могу отключиться? Конечно, думал! Но во мне теплилась надежда, что этого не случится и мы сможем выбраться из здания. Синева с периферии зрения начала разрастаться, заполняя все, и вскоре я видел мир сквозь синее марево, словно через цветные очки. Казалось, что руки мои покрылись ледяно коркой, а в крови появились осколки льда, царапая стенки вен и артерий, принося невыносимую боль. Мелкая дрожь охватило все тело, и я понял, что телекинез требовал выхода.
УДАР!
Грохот разорвал тишину. Коридор озарила синяя вспышка.
Меня откинуло назад, и я упал на пол. Голова заполнилась оглушающим писком, похожим на бесконечный телефонный гудок. Мир передо мной померк, и я погрузился в темноту, такую тихую и спокойную. Но вскоре толчок вернул меня в реальность. Я увидел потолок, облепленный пылью, и вновь услышал этот писк. От слабости веки были тяжелы, словно гири, и удерживать их открытыми требовалось неимоверное усилие. Тело было сплошным очагом боли, заполненным чудовищной слабостью.
Нужно было подниматься. Найти в себе силы и подниматься. Медленно, с трудом, приподнялся на локте и бросил взгляд на дверь, точнее, на то, что от нее осталось. Там зияла дыра, окруженная осколками кирпичей и арматуры, а по стене змеились черные трещины. Сама дверь валялась на полу, разорванная пополам, погребенная под слоем пыли. В пыльном проеме показался силуэт Риты. Она подбежала ко мне, в глазах плескался страх и ужас. Она что-то говорила, но я из-за писка в голове я ничего не мог разобрать.
Сначала я встал на четвереньки. Руки и ноги дрожали, едва выдерживая вес тела. К полу тянулась тягучая слюна. Медленным, словно подводным движением, я вытер рот и, превозмогая боль, поднялся на колени. Голова кружилась и раскалывалась от боли, слабость тянула обратно к полу. Я постоял так немного, привыкая к ощущениям. Надо было уходить. Время поджимало.
Бросил взгляд на Риту. Она стояла, смотрела на меня, не понимая, что со мной происходит. В ее глазах отражалась растерянность. Еще недавно я был нормальный человек, а теперь корчился на полу, пуская слюни. Хотел сказать ей, что нужно срочно уходить, но силы покинули меня и я не мог вымолвить ни слова. Хорошо хоть писк в ушах начал стихал.