Денисов: почему Тинькова расчленили? Почему отошли от отработанной схемы?
Гор: Завулонов слетел с катушек. У него иногда бывали приступы агрессии… Мы не собирались расчленять Тинькова. Завулонов должен был его похитить, а потом все сделать по плану.
Денисов: не все похищенные — комерсанты.
Гор: да. Иногда мы похищали случайных людей, чтобы в списке пропавших были не только коммерсы. Чтобы, если что, следствие не провело логическую связь.
Денисов: понятно. Вернемся к Тинькову. Чем отрубали конечности?
Гор: топором.
Денисов: где топор?
Гор: не знаю.
Денисов: известна ли вам фамилия Черных? И был ли он причастен к гулу и втянут в вашу преступную группу?
Гор: такую фамилию знаю, это директор фанерного комбината. Но к нам он не имел никакого отношения, как и к гулу.
Денисов: переписку вы ему подбросили?
Гор: мои люди. Я хотел, чтобы на него повесили убийство Тинькова. Оно привлекло слишком много внимания. К тому же, если бы Черных посадили, мы бы забрали комбинат.
Денисов: как вы поняли, что мы собрались смотреть квартиру Черных?
Гор: прослушка. Она стояла везде: в ваших номерах, в отделе полиции, у вас в машине… Мы знали все ваши планы и были всегда на шаг впереди.
Денисов: ясно. Яшина ты заказал?
Гор: Да.
Денисов: почему?
Гор: Яшин много знал. Не знаю, каким образом он смог столько нарыть на нас. Наверное, талант иметь надо. Мы его предупреждали, что будут последствия.
Я положил протокол допроса на полку перед лобовым стеклом джипа Денисова. Осмотрелся по сторонам: заправка, как заправка, жаркий южный день. Отпил глоток кофе из пластикового стаканчика. Денисов был на кассе, оплачивал бензин. Я почесал переносицу. Соображал я все еще туго после истощения организма от применения телекинеза. Финал на крыше особняка был пару дней назад, и за это время все симптомы отката почти исчезли. Эти двое суток я провел во сне. Сейчас разве что голова немного тяжелая, мысли путались.
На заправку медленно въехала черная машина марки «Ягуар», подкатила к входу, из нее вышел толстяк и, купив что-то в магазине при заправке, уехал. Следом за ним вышел Денисов.
— Почему он раскололся? — спросил я, когда напарник сел за руль.
— Вся его банда была задержана, кто-то заговорил, всплыло много интересного. Его бизнес будет передан в честные руки. Он потерял многое, что имел. Благодаря показаниям задержанных членов ОПГ, светило ему пожизненное, но я сказал, что если запоет, то двадцатка вместо этого будет. Решил сотрудничать.
— И ты сдержишь слово?
Николай пожал плечами.
— Прям всех-всех задержали? — спросил я.
— Практически. У ФСБ на каждого чиновника есть папка. Вот и на мэра Геленджика была такая, и на прокурора. Когда я в Москве все рассказал про дела в Геленджике, мне дали добро пустить эти папки в ход. Так что взяли всех ключевых фигур. А местным ФСБ теперь собственная безопасность занимается.
— А с остальными что? Судмедэксперт, следователи, оперативники?
— До них тоже очередь дойдет. Со временем, — кивнул Денисов, взглянув в зеркало на заправщика, который заправлял внедорожник. Отпил кофе. — Знаешь, какой вопрос до сих пор меня мучает?
— Нет, — ответил я.
— Ситуационный центр ФСБ зафиксировал в Геленджике восемнадцать случаев гула. А Гор уверяет, что их было пятнадцать.
Я пожал плечами:
— Просто скрывает что-то. Или забыл.
— На допросе члены его банды в один голос утверждают, что эпизодов гула было пятнадцать. Про остальные три ничего не знают.
— Сговорились. Придумали легенду для следствия.
— Да нет… сговориться они не могли. Они не ожидали, что их всех возьмут. Задержаны были все одновременно. У них не было времени на легенду. Сговор отпадает.