Когда все было оформлено, рано утром Безруков был отвезен в ОВД, а мы поехали в отель отсыпаться.
Глава 6
Вечером следующего дня я снова был в своем номере и тренировал телекинез. На этот раз по упражнениям, которые прислал Писарский. Профессор считал, что мой мозг должен найти кнопку, с помощью которой мог включать сверхспособность. И этой кнопкой могло быть все, что угодно. Хоть щелчок пальцами, хоть шевеление ушами, хоть зажмуривание глаз. Главное, чтобы мозг уловил четкую взаимосвязь между одним из этих действий и телекинезом. Одно активирует другое. Я выбрал зажмурить глаза. Это будет моей кнопкой.
На этот раз тренировка прошла более успешно. Я смог активировать телекинез целых два раза и сдвинуть с места книгу. Самое главное, что во второй раз способность активировалась, как только я зажмурил глаза. Это радовало. От тренировки меня отвлек телефон. Звонила Эмма.
— Я нашла аномалию. Магнитное поле в городе превышено в сотни раз! — сказала она.
— И что из этого следует?
— В магнитном поле такой мощности нет ничего хорошего ни для людей, ни для животных. Однозначно могу сказать, что оно рукотворно. В природе такого сильного поля не существует.
— То есть, кто-то его создает?
— Да.
Почему-то я сразу вспомнил, как мой карман с мелочью тянулся к стене технического помещения НИИ.
— Кажется, я знаю, кто это может быть… — произнес я и пересказал, как мой карман притягивался к стене.
— Источник поля — там, — сказала Эмма.
— Мы получили информацию, что НИИ хочет повторить эксперимент Теслы. Сильное магнитное поле может быть с этим связано?
— Да. Какой именно эксперимент?
— Вроде бы по передаче энергии в пространстве. Для этого там даже вышка есть.
— Откуда ты это знаешь?
— Допросили чувака, который раньше работал в этом НИИ.
— Хм… Это надо обдумать. Вообще-то я по-другому поводу звонила. Мне нужно поговорить с тобой насчет твоих воспоминаний, связанным с именем Софии.
— Так… и что там?
— Это не телефонный разговор. Тебе не трудно приехать ко мне в отель?
— Уже еду.
Спустя час я шагнул в номер Эммы и тут же почувствовал тревогу — дверь была не заперта. Плотно закрыл ее за собой, замер, как статуя. Увиденное повергло меня в шок: в комнате царил полный беспорядок. Полумрак давил на глаза — шторы были наглухо задернуты. Мелькнула жуткая мысль, что произошло плохое. Эмму похитили? Или еще хуже — убили? Неужели Кочетков? Он, сука, кто же еще! И его ЧВК. Страшно представить, что головорезы сделают с Эммой…
На полу валялись листы с пометками, пустые винные бутылки, опустошенные коробки из-под пиццы. Разбросанная одежда и бежевые кружевные трусики у ванной комнаты. Воздух пропитан табачным дымом. Казалось, здесь недавно шумела безудержная вечерника, как будто рок-звезда после концерта решила отдохнуть. Или банда бойцов ЧВК порезвилась с Эммой… Я прошелся по номеру. Стол был завален неизвестными мне приборами.
— Игорь это ты? — раздался голос Эммы из ванной комнаты.
Я с облегчением выдохнул.
— Да!
— Заходи.
— Можно?
— Нужно!
Вошел.
Эмма лежала в пенистой ванне и… работала. Ноутбук стоял на дощечке, перекинутой через края ванны, которая, казалось, была откручена от стенки тумбочки. Зарядное устройство опасно свисало с бортика, готовое в любой момент сорваться и упасть в воду. Рядом стояла бутылка вина и пепельница, полная окурков. В воздухе висел сизый сигаретный дым. На запотевшем зеркале виднелись какие-то расчеты, словно она пыталась решить важную задачу, находясь в этом импровизированном офисе.
В тихом омуте черти водятся. Я выпал в осадок. Не ожидал увидеть Эмму с такой стороны. Я остолбенел и почувствовал неловкость, какую-то совершенно дикую неловкость. Хорошо хоть, пена скрывала ее обнаженное тело. Мой взгляд непроизвольно скользнул по ее плечам, замер на ямочках у основания шеи, затем медленно пошел ниже, пока не уперся в пену. Я отвел взгляд в пол, чувствуя, как краснею и тяжелеет в паху. Потерев шею, пробормотал:
— Давай, я подожду, пока ты выйдешь?
— Давай лучше здесь, — ответила она и, поднеся к губам тонкую сигарету, затянулась.
Я опустил крышку унитаза и сел. Посмотрел на свои ладони и начал их медленно тереть друг об дружку, стараясь избегать взгляда на Эмму. Ее ямочки на плечах так и манили мой взгляд.
— Что ты хотела мне рассказать? — спросил я, потирая ладони, словно смог бы стереть с них свое смущение.