– Занавешу, – ответила Маша рассеяно, переваривая инфо о стоящем под ее окнами Волохове и его «полицайском выпасе».
– Так и иди тады! Вона в магазинке тряпки какие-то есть. Накупи в цветочек и глазу отрадно, и тебе хорошо. Срам прикрыть.
– Какой срам, Василий Иванович? Никакого сраму у меня нет, – Машка уржалась.
– Нет, так будет. Чё грохочешь? Вон Мазур тебя обхаживает, как скаковую лошадь. Едва в рот не заглядывает. Дело-то молодое. Машка, кончай грохотать! Скажут, что дед тебя защекотал, – и сам уже смеется.
Самбрера рад был Маше и даже очень. Однако понимал старый мудрый дедок, что ходит она к нему по причине отсутствия подруги. Решил подтолкнуть Маню. Давно уж думал, кто ей из села по статусу подойдет. Выбор совсем невелик. Либо взрослые, семейные бабы, либо дурынды малолетние со сквозняком в бошках. Думал и придумал. Алёнка Рябинина! Училка в школе. Девка, вроде, справная, только малёха мечтательная. Вот и составит его обожаемой Маньке компашку. Манька заводная, смелая, глядишь, через нее и Алёнка станет поживее, а то все как в облаках летает. Опять же, по возрасту совпадают.
На ловца и зверь прибежал: Алёна шла по Свияжской. Дом Рябининых стоял в конце улицы, домов через шесть после Машкиного, потому и очутилась Алёнка на дороге аккурат по дедовской задумке.
– Еленка! Подь сюды! – крикнул Самбрера.
Машка припомнила, что видела эту селянку уже. Как раз в тот свой первый день, когда привез ее Самбрера на телеге, спящую. Опознала голубиный взгляд. Елена подошла и поздоровалась. Улыбка такая интересная: вроде и тут она, с Машкой и с дедом, а вроде и далеко. Ну, к примеру, в Дели. Или в Сиднее.
– Ты вот своди Марью Сергеевну в магазинку. Ей эти…как их…занавески нужны. Обскажи что и как.
Лена такой просьбы не ожидала, Машка тоже, но как отказать пожилому человеку, а? Хитрый дедок молчал и ждал волеизъявления обеих молодух.
– Конечно. Я как раз в магазин. Мария Сергеевна, идемте. Там уже готовые продаются. Есть и под небольшие оконца. – Голос Еленки удивлял плавностью, нежностью.
Она и сама была такой: невысокая, стройная и милая. Да, пожалуй, слово это как нельзя лучше отражало и внешность ее и сущность. Милая.
Машка поднялась, огрев дедка ехидным взглядом, мол, спровадил, да? Дед подмигнул и улыбнулся, собрав морщинки вокруг глаз. Вот ведь…грибок!
– Пойдемте, Лена. Спасибо, – ну, не знала Марья, о чем говорить с селянкой.
А селянка ее удивила, начала говорить сама. Да не выспрашивать, а повествовать. Сюрприз! Маня-то готовилась к мозговыедательству.
– Домик у вас очень хороший. Такой маленький светленький. Давно пустовал, а мне очень интересно было, как там внутри? Вы не подумайте, что напрашиваюсь в гости или любопытствую, просто интересно. Сейчас подберем вам что-нибудь спокойное. Я бы выбрала легкий тюль без рисунка и плотные однотонные шторки. Зелененькие или коричневые. Кстати, темный беж тоже подойдет. Это ничего, что я так запросто предлагаю? Не подумайте, что давлю.
– И не думала даже. Лена, а может на ты? Вам сколько лет?
– Двадцать шесть будет скоро. – Больная тема для Еленки и ее родителей.
Девка и справная, и образованная. На селе училкой. А замуж не идет. Уже подруги все мужатые и детей произвели, а Еленка все сидит, все ждет «прынца».
– Вот и мне скоро двадцать шесть. Не с чего выкать, да?
Елена кивнула:
– Маша, только мне надо еще продуктов прикупить. Думаю, времени много не займет.
– Суббота же. Спешки никакой. На работу не нужно.
– Работа у тебя интересная. Даже не знаю, как ты справляешься.
– А ты кем тут?
– Я учитель. Начальная школа.
– Пф… Лена, по сравнению с твоей работой, моя сущая прогулка. Как ты с малолетними крикунами ладишь? Это же уму непостижимо. Я не так давно побывала в московской школе, так там крик, беготня и хаос. Я бы сказала апокалипсис, но меня бы никто не понял. Не принято так о детях, – и смеется.
Еленка в ответ:
– Это так! Я привыкла. И детей люблю. – Что характерно, разговор пошел, наладился, и уж минут через пять обеим стало понятно – есть контакт!
Продуктов закупили, шторки выбирали долго и со вкусом. Ну, девочки же. Болтали резво, этим и привлекли внимание селян.
– Алёнка, привет, – подкатила пышная дамочка непонятного возраста. – Развлекаешься? Шопинг самое то, когда семьи нет.
И стоит, ждёт реакции на едкие слова свои, поигрывает бровями и улыбкой ядовитой.
– Привет, Галя. Вот, шторки выбираем Маше, – и повернулась к Мане, поникнув лицом, после обидных слов. – Это одноклассница моя, познакомьтесь.