— Делай, как тебе говорят, — завершил обсуждение Поликрат. — Иди готовься.
Пол кабинета заскрипел под тяжкой поступью лохагоса.
— Скажи, Эвтидем, почему отец невесты ударил этого... как его... Мелеста палкой по голове? Ведь для прекращения брачной церемонии было достаточно лишь нескольких слов с его стороны.
— Не хотел говорить при всех, — ответил собеседник, приглушив голос, — но среди задержанных минувшей ночью был и твой врач. Стража остановила его вскоре после происшествия, причём недалеко от дома Эгерсида.
— Он у вас?
— Нет, показал подписанный тобою пропуск, и его отпустили.
— Ты поступил правильно, сообщив мне об этом случае с глазу на глаз. Молчи и впредь, с мальчишкой я сам разберусь.
Ксандр не стал слушать дальше: пора уходить, вернее, бежать. Мягко спрыгнул из люка в комнату, стряхивая пыль с хитона, в двух словах рассказал эконому о подслушанном.
Медлить нельзя! Скорее в комнату Прокны! Первым в коридор вышел Паисий — он расчистил путь, прикрикнув на двух слонявшихся без дела рабынь.
Молодая женщина была занята любимым утренним занятием — вертелась перед бронзовым зеркалом. Она по-своему истолковала появление Ксандра, без лишних слов заключившего её в объятия:
— О, как ты неосторожен! Я предупреждала, сейчас нельзя. Подожди, надо хотя бы закрыть дверь...
Но было поздно — на пороге стоял сам эконом!
— Неблагодарный сластолюбец! — закричал он. — Так ты платишь хозяину за гостеприимство и расположение?
Ксандр, не дожидаясь окончания тирады, рванулся в дверь, толкнув Паисия так, что тот, замолчав, сел на пол, но тут заголосила успевшая оценить положение Прокна:
— На помощь! Насилуют!
Путь к мегарону был отрезан — оттуда приближался Никерат, а по чёрной угловой лестнице уже поднимались вооружённые чем попало домашние рабы. Вольноотпущенник был так близко, что готовился схватить провинившегося врача, но тот словно исчез, провалившись в молниеносном низком выпаде. В следующий миг поражённый рукоятью кинжала в низ живота Никерат рухнул на пол, мыча от нестерпимой боли, а Ксандр, едва увернувшись от падающей туши, ушёл вперёд — влево с поворотом кругом. Уроки господина Эгерсида не прошли даром!
— Вот он! Держи его! — кричат с лестницы мегарона. Остаётся один путь — в комнату Паисия. Лазутчик рванул дверь, вскочил на подоконник, что было сил оттолкнулся и полетел в гущу любимых ирисов Поликрата. Упал на четвереньки; руки и ноги вошли в рыхлую землю.
Кинжал на месте — успел вложить в ножны перед самым прыжком; стремительно Ксандр бросился к кустам барбариса, царапаясь о колючки, подхватил спрятанные вещи и выскочил на улицы Спарты.
Прохожие не обращали на него внимания. Молодые спартиаты часто колотят друг друга, а уж периэков — тем более; вот один из них и спасается бегством, дело обычное. Так, разгорячённый и исцарапанный, он и ворвался в дом Эгерсида.
Эгерсид почти до самого утра рассказывал дочери о том, что приключилось с ним с тех пор, как во главе лохоса ушёл в Орхомен. Он умолчал только о Тире и Ксении, двух женщинах, вошедших в его жизнь. Полемарх с отцовской гордостью смотрел на Леонику, красивую даже с остриженной головой, и речь её казалась ласковым птичьим щебетом.
Впервые за долгие годы Эгерсид безмятежно заснул, и родные стены помогли ему быстро восстановить силы. Старый кробатос жалобно скрипнул — так стремительно оставил его полемарх. Солнце стояло уже высоко, Леоника хлопотала по дому.
Девушка, похоже, совсем не ложилась спать: мегарон сиял чистотой, а старушка Дота, пританцовывая, носила с кухни блюда со стряпнёй Леоники.
Эгерсид любовался дочерью и таял от нежности. Вдруг знакомое имя резануло слух.
— Отец, ты сказал, что Ксандр фиванский лазутчик, значит враг, а я не чувствую к нему вражды, потому, что уверена, он искренне хотел мне помочь.
— Я тоже не чувствую к нему вражды, иначе тут же отвёл бы его к первому наряду ночной стражи. Мне пришлось нарушить долг в первый и, клянусь, в последний раз. Прошу тебя, никому не говори об этом человеке, забудь о нём. Надеюсь, он сдержал слово.
Кто-то ворвался в мегарон так стремительно, что Эгерсид тут же оказался на ногах, готовый к схватке.
— Ксандр? Ты ещё здесь?
— Только для того, чтобы предупредить тебя об опасности, господин.
Учащённое дыхание и растрёпанные волосы молодого человека говорили, что причина его внезапного появления достаточно серьёзна.
— Случай помог мне услышать, как архонты Поликрат и Евтих, аристократ Эвтидем, лохагосы Стесилай и Лисикл составили заговор, направленный как против тебя, так и против царя Агесилая. Сегодня ночью ты, господин, будешь арестован по обвинению в сотрудничестве с Эпаминондом, если останешься в Спарте.