Женщина приоткрыла дверь кабинета, и вскоре все обитатели дома сбежались на её испуганный голос. Они столпились в комнате, настолько поражённые страшным зрелищем, что не заметили, как вошёл хозяин.
— Что происходит? — воскликнул Поликрат; слуги расступились, и взору его предстали раскрытый ларец, лужа крови и лежащий в ней человек. Твёрдое зазубренное остриё, выпущенное в упор смертоносным механизмом, пробило мускулы живота, рассекло внутренности и раздробило позвоночник несчастного, приковав его к месту преступления тонкой, но прочной стальной цепью. Он был обречён, хотя ещё и вращал выпученными глазами, не в силах вымолвить слова. Механик из Сиракуз верно рассчитал угол вылета!
— Эвтидем пытался обокрасть тебя и был наказан, — выступила вперёд Тира. — Прости, но обстоятельства заставляют меня покинуть твой дом и Спарту, — пронзила она зловеще-победным взглядом пошатнувшегося архонта.
Никерат едва успел подскочить, чтобы подхватить хозяина. Гости Востока в тот же день собрались в путь, оставив на попечение врачей разбитого внезапным ударом Поликрата.
— Откуда здесь этот меч? — спросила Тира провожавшего её Паисия.
— Я принял его из рук несчастного Эвтидема, — ответил эконом, глядя на украшавшее стену мегарона оружие.
— Ты ошибаешься, Эвтидем присвоил этот меч незаконно. Вот почему я заберу его с собой. Твой хозяин не станет возражать... если выздоровеет.
— Как будет угодно тебе, госпожа.
Женщина с благоговением взяла оружие, прижала к груди алые ножны.
— Теперь я смогу оплакать тебя, Эгерсид, — чуть слышно прошептали её губы.
XV
— Мой друг так разбогател ловлей беглых илотов и рабов, что двинулся с нами только из любви к делу, — говорил Кебет, качаясь на конской спине, — да и Аргусу не мешает размяться.
Напарник Кебета, человек с чёрной повязкой на глазу, о котором шла речь, ехал чуть впереди небольшой группы всадников. Аргус, чёрный пёс величиной с телёнка, неторопливо бежал рядом, вывалив красный язык из объёмистой пасти. Одноглазый охотник за людьми и его собака понравились Лисиклу: беглецам не уйти! Теперь понятно, зачем Кебет раздобыл срезанные волосы Леоники и старые сандалии врача. Что ж, Поликрат умеет подбирать людей. Критский бегун тоже хорош, самые быстрые ноги в отряде наёмников, хотя и жуликоват.
— Мы задержались не так уж надолго, зато к утру уже точно знали, куда направилась наша парочка, — продолжал Кебет, — конечно же туда, где лежит клер Эгерсида! Простодушные рассчитывали незаметно покинуть Спарту, а ведь вокруг люди, у них есть глаза, чтобы видеть, и языки, чтобы рассказывать! Лысая девица и молодой человек! Парочка приметная, следовали в сторону Гифия. Она верхом, он шёл рядом. Всё сходится. Кстати, этот врач. Помнишь богатого периэка Этиона? Он водил дружбу с Эгерсидом и часто принимал в своём доме Леонику, ещё девочку. Там она могла познакомиться с мальчишкой-рабом, позднее сбежавшим. Думаю, молодой врач и беглый мальчишка-раб одно и то же лицо.
— Почему? — с возрастающим интересом спросил Лисикл.
— Ну, прежде всего, он познакомился с Леоникой не вчера, а гораздо раньше, отлично знает Спарту, её окрестности и местные обычаи, стало быть, сам из местных. Да и возраст подходит. Выучился людей лечить и вернулся.
— А ещё бить их палкой по голове, верно, Мелест? — поддел своего бойца лохагос.
— Скормлю его на мясо этому псу, — пообещал тот.
— Не спеши, если Кебет прав, то право отплатить первым принадлежит Килону, — подзадоривал спутников Лисикл.
Молодой спартиат вспомнил, как получил камнем в лицо при первой встрече с мальчишкой-илотом, сердито засопел и хлестнул коня. Вовремя!
Чёрный пёс издал утробный рык и резко рванул в сторону поросшего маквисом склона. Похоже, взял след!
Ксандр, кляня себя, бился в крепко держащих его руках. Двое человекообразных существ в отвратительно пахнущих шкурах привязывали его к стволу старого каштана. Ещё четверо им подобных распяливали Леопику на гладком низком валуне... Девушка отчаянно билась, безуспешно пытаясь вырваться, и громко кричала. Один из разбойников попытался зажать ей рот ладонью, но взвыл сам, когда зубы спартиатки располосовали его клешню. В отместку насильник ударил Леонику по лицу так, что голова жертвы с глухим стуком ударилась о камень.
Ксандр изогнулся, пытаясь разорвать путы. Напрасно! Как мог он потерять бдительность и позволить этим тварям, внезапно прыгнувшим из кустов, захватить дочь Эгерсида? Ведь засаду можно было обнаружить даже по мерзкому запаху гнусных существ...