Странно, — размышлял Антиф, шагая по каменным улочкам Мегар, — молодая женщина сумела внушить сорокалетнему мужчине чувства столь сильные, что он пожертвовал интересами дела. Давно бы следовало перебраться в Коронею, Орхомен. Или лучше в Херонею. Оттуда удобнее руководить пчелиным роем соглядатаев, облепивших спартанские гарнизоны, взявших под контроль все перекрёстки и дороги западной Беотии и Фокиды.
Но Семела вызвала к жизни нечто, прятавшееся глубже его сознания, и это заставляло поступать вопреки велению разума.
Эта женщина держится с благородством не показным, а врождённым; чувствуются поколения достойных предков. Но за стеной любезной учтивости Антиф угадывал силу дремлющего вулкана. Как овладеть ею? Он всегда использовал тайную власть и деньги для удовлетворения своих желаний, но Семела — женщина свободная и состоятельная. Или уже нет? Похоже, недавние события на Крите помогут ему...
Ворота открылись сразу — его ждали.
Многочисленные лампионы ярко освещали мегарон. Вот и она, облачённая в тонкий пеплос цвета слоновой кости. Стук каблучков её критских сандалий, негромкий звон ножных браслетов кажутся Антифу сладкой музыкой.
Практичный разум подсказал, что каждая деталь убранства не случайна, а продуманна и выполнена с величайшим тщанием. На небольшом столике между двумя изящными ложами молниеносно появились лёгкие изысканные закуски, сладости и вино.
— Я сама буду прислуживать гостю, — отпустила хозяйка своего эконома.
Никерат поклонился: слова означали, что он должен убрать из этой половины дома всех слуг, кроме Прокны; но и та не должна покидать своей комнаты.
Антиф зачарованно взглянул в глаза полуприсевшей на соседнем ложе женщины. Жаль, придётся погасить их блеск неприятной новостью.
Хозяйка дома чутко уловила его настроение:
— Тебя что-то беспокоит, Антиф?
— Ты помогла мне вопросом. Не с такой вестью хотел бы я прийти в твой дом.
— Говори же!
— Один из моих кораблей вернулся из Италии. Однажды он причалил к берегу Крита, чтобы пополнить запасы пресной воды. Капитан всегда делал это в одной и той же деревушке с дружелюбными жителями. Каков же был ужас экипажа, когда они нашли её разорённой и опустошённой. Лишь четверо несчастных, чудом избежавших гибели и плена, поведали о случившимся. Внезапное нападение карфагенских пиратов в одну бедственную ночь уничтожило процветающее селение и расположенное поблизости имение. Крепись, Семела: деревушка звалась Левкопетры!
Женщина, слушавшая его с нарастающей тревогой, бессильно упала на ложе, спрятав лицо в ладонях.
— Их больше нет... — слышал Антиф сквозь глухие рыдания. — Их убивали, пленяли, а я была здесь...
Она и в самом деле была поражена случившемся. Поликраг сообщал — не беспокойся, на Крите все меры приняты. Вот какие меры! Уничтожить ни в чём не повинных людей только для того, чтобы Антиф не разоблачил спартанскую лазутчицу!
А он уже рядом, на её ложе; руки успокаивающе гладят вздрагивающие плечи, губы целуют роскошные волосы.
— Ты ещё прекрасней в своей скорби, Семела... успокойся, твой друг с тобой...
Женщина незаметно оказалась в его объятиях, словно в доверчивых поисках мужской помощи и поддержки.
— Не плачь, — рука Антифа обвила тонкую талию, — лучше возблагодарим богов за то, что в бедственную ночь ты оказалась здесь, в Мегарах...
Его рука нашла длинный, до самого пояса, потайной разрез в пеплосе женщины. Слабая попытка сопротивления... Колени возбуждённого Антифа легко преодолевают его...
Служанка Прокна недолго усидела в своей комнате. Любопытство заставило её тихо пройти коридором к лестнице, ведущей в мегарон, и осторожно выглянуть из-за стены. Стараясь ничем не обнаружить своего присутствия, она впилась взглядом в происходящее. Прокна чуть не вскрикнула, ощутив прикосновение к плечу. Это был Драбол, самый сильный из рабов Поликрата, отправленный вместе с ними в Мегары. Не задумываясь, почему Драбол оказался здесь, нарушив строгий запрет Тиры, она позволила рабу увести себя.
Мужская рука уверенно направила Прокну в дверь её крохотной комнатки, расположенной рядом со спальней хозяйки.
Здесь одним махом руки он сорвал с неё набедренную повязку и бросил в кробатос.
Ошеломлённая девушка не успела опомниться, как мощный торс оказался меж её ног и нечто с грубой стремительностью вломилось в её тело. Большая немытая ладонь тут же зажала Прокне рот; звук не достиг мегарона, где её хозяйка, испустив сладкий стон, откинулась на полусогнутую руку Антифа.