Тишина повисла между ними, густая и неудобная.
— Прости, — вдруг выдохнул Ричард. — Что не... что мы...
Он не закончил. Вместо этого достал из кармана смятую фотографию – на ней Иза лет пяти сидела у него на плечах, смеясь.
— Я не знал, как... быть отцом. Но с Алексом у тебя будет...
— Благополучие? — перебила Иза, чувствуя, как в горле встаёт ком.
Отец потянулся к ней, но она отступила.
— Свободы, — прошептала она. — Я хотела просто...
Её голос сорвался. Ричард замер, его рука повисла в воздухе, будто боясь коснуться.
— Знаю, — он опустил её. — Но мы... не умеем иначе.
За окном запела птица – одинокая, настойчивая.
Иза посмотрела на отца – по-настоящему посмотрела впервые за годы. На седину у висков, которую он закрашивает. На морщины вокруг глаз, которые не видны за его вечными солнцезащитными очками.
— Мама... — начала она.
— До сих пор слушает Шопена по ночам, — закончил он. — Тот... музыкант играл его.
Они стояли так – разделённые метром кухни и двадцатью годами невысказанных слов. Где-то в саду зазвенел смех Виктории Аркадьевны. Иза глубоко вдохнула:
— Я...
Но дверь распахнулась – Элеонора стояла на пороге, её лицо было странно беззащитным без обычной улыбки.
— Алекс уезжает, — сказала она тихо. — Говорит... ему нужно подумать.
Ричард и Иза переглянулись. В этом взгляде было что-то новое. Что-то общее
— Проводи его, — мать коснулась ее плеча, но пальцы сжались чуть сильнее, чем нужно. — Ты же не хочешь, чтобы он уехал, думая, что ты... неблагодарная.
Иза хотела отказаться. Сказать, что ей плевать, что он там думает. Но в глубине души она знала — нужно закончить это.
Она резко развернулась и вышла, не дав матери договорить.
Алекс стоял у машины, листая что-то в телефоне. При ее появлении поднял голову — и улыбнулся. Спокойно. Как будто ничего не произошло. Как будто вчерашняя ночь была просто сном.
— Неужто мой муж так быстро сбегает от меня? — Иза скрестила руки, но голос дрогнул.
— Дела, — он пожал плечами. — Я со вчера готовился к отъезду. Но был рад провести эти выходные с тобой.
— Я не могу сказать того же, — вырвалось у нее.
Тень пробежала по его лицу. Он медленно подошел, слишком близко, так что она почувствовала запах его духов — холодный, с оттенком чего-то горького.
— Ты уверена? — прошептал он, наклоняясь к ее уху.
Его губы почти коснулись кожи, дыхание обожгло. Иза замерла.
А потом он заговорил.
Тихо. Только для нее.
Сначала ее брови резко сдвинулись — злость. Потом глаза расширились — шок. Пальцы вцепились в подол платья — страх.
И прежде чем она успела что-то ответить, он захватил ее губы.
Это не был поцелуй. Это был захват.
Жесткий. Властный. Без права на отказ.
Он отстранился так же внезапно, как начал.
— Я буду ждать твоего выпускного, — сказал он, проводя пальцем по ее нижней губе. — Пока, крошка.
И ушел. К такси, которое уже ждало.
Иза не двинулась с места.
Только когда машина исчезла за поворотом, ноги подкосились.
Она упала.
Неловко, как кукла с перерезанными нитями. Колени ударились о землю, ладони вцепились в траву.
Где-то вдалеке кричали птицы. Алекс уехал. Но его слова... Они остались. И теперь горели у нее в голове.
Глава 25: Отражение в зеркале
Иза уже собирала вещи.
Отдых закончился. Сегодня они уезжали обратно домой — в город, с безупречно выглаженными шторами и тишиной, которая давила сильнее любых слов.
"Скоро экзамены. Окончание школы. А потом… ад."
Она резко захлопнула чемодан, будто пытаясь запереть внутри все эти мысли.
Комната опустела. Солнечный свет, еще недавно такой теплый, теперь казался чужим. Иза провела ладонью по подоконнику, где всего пару дней назад сидела, слушая шум леса. Конкани…Пусть всего выходные, но здесь она дышала свободнее.
Спустившись вниз с вещами, она загрузила сумки в багажник семейного Lexus и, не глядя на родителей, устроилась на заднем сиденье.
Телефон вибрировал.
1 новое сообщение.
Сердце екнуло — неужели он?. Но отправитель был куда менее приятным.
Алекс:
«Не забудь. Выпускной.»
Три слова. А по спине уже бежали мурашки. Она хотела стереть сообщение, выбросить телефон в окно, сгореть дотла — лишь бы не чувствовать этого ледяного ужаса.
Но вместо этого…
Иза:
«Забуду.»
Отправила. Выключила экран.
Машина тронулась. Конкани оставалась позади.
А впереди… Впереди была война.
Телефон казался тяжелым в руке. Пальцы сами набрали номер Хлои — единственного человека, который, возможно, поймет.
— Привет…— голос подруги прозвучал неожиданно глухо, словно из-под воды.