— Мама? Я уже умер? — едва слышно говорю я, не открывая глаз.
— Нет, нет. Слава богу, ты жив, — она целует меня в лоб.
— Жив...? — я могу даже улыбнуться.
Зажмуриваюсь, потом открываю глаза. Уже могу разглядеть её лицо. Смотрю по сторонам. Похоже, это больница.
— Как ты себя чувствуешь?
— Лучше не бывает — говорю уже не шёпотом.
Я немного приподнялся с кровати и, увидев пол-литровую бутылку с водой, стоящую на тумбочке, я понял, что очень хочу пить. Я взял бутылку и залпом выпил две трети прохладной живительной влаги. Я сразу почувствовал небольшой прилив бодрости.
— Ты провалялся в коме неделю, — услышал я папин голос.
Я повернулся к папе.
— Неделю? Ты же должен был приехать только через месяц.
— Ага, а если бы тебе позвонили и сказали, что твой сын умер, ты бы не приехал? — попытался пошутить отец.
— Зато, я, наконец-то, выспался, — неуклюже шучу я в ответ. Я хочу засмеяться, но вместо смеха, получается только кашель.
Справа от меня стоит Настя.
— Ты живой! — она падает мне на грудь и обнимает меня. Её голова на моих ключицах, а волосы щекочут мне шею.
— Ага, сам в шоке.
Мы разговаривали так где-то минут двадцать, пока не пришел доктор. Он осмотрел меня, сделал какие-то записи в свой планшет. Он сказал, что сейчас мне нужен покой и моим близким необходимо удалиться до завтра. Мама, папа и Настя долго прощались со мной. Я попросил родителей в следующий раз принести мой лэптоп, в котором я писал свою повесть «Мы не идеальны», и тетрадь с моими записями. Следующий раз должен быть завтра. Они пообещали сделать это, как только врачи разрешат, и ушли. Потом пришла медсестра. Она проделала надо мной несколько процедур – померила давление, температуру, потом дала мне выпить какие-то таблетки, поставила два укола и тоже ушла. После нее пришла санитарка и принесла поднос, на котором стояла тарелка какого-то супа и стакан воды. Наконец, я остался один. Есть, вообще не хочется, но доктор сказал, что надо. Я попробовал суп, который оказался даже не супом, а куринным бульоном. Нет. Не хочу. Через силу съел ложек пять. Зато воду я попил с удовольствием. В больнице скучно, поскорее бы домой.
На тумбочке рядом лежит мой телефон и бутылка воды.
Мне намного лучше. Могу даже встать и пройтись по палате. Тянусь за телефоном. Замечаю, что на моем правом запястье завязана голубая бандана. Это же бандана Мии! Почему она у меня? Мия завязывает бандану на руке. Она разбирается в моде и у неё хороший вкус. Раньше Мия красила ногти в яркие цвета, пока в школе не ввели на это запрет. Я как-то говорил, что эта бандана очень хорошо сочетается с цветом ее глаз.
Для полной картины не хватает только окрашенных в синий цвет кончиков её шелковистых волос. Волосы у Мии раньше были длиннее, но оставаться окрашенными им было суждено только первые две недели учёбы. Из-за строгих учителей и завучей, ей пришлось срезать окрашенную часть волос.
Никогда не понимал эти глупые запреты. Директор говорит, что прежде всего должна быть дисциплина. Но окрашенные волосы или ногти на учебный процесс никак не влияют. Нет же ничего плохого в том, что человек хочет немного выделиться из серой массы.
Задумавшись о школе, я вспоминаю про своих одноклассников. Мне всегда было интересно, как мои знакомые отреагируют, если я неожиданно умру. Сейчас мне выпала уникальная возможность узнать это.
Захожу на свою страничку ВКонтакте. Ого, столько всего на моей стене написано! Все записи одного типа: "До встречи на том свете", "Покойся с миром" и всё в таком духе. До чего же банально. Пишу им в ответ: "Размечтались, я жив", и ниже селфи, которое я только что сделал. Однако, я сильно похудел. Минимум месяц придётся отъедаться и ходить в спортзал, чтобы вернуть себе прежнюю форму.
Начинаю удалять все эти скорбные записи на моей стене, почти не читая их, только смотрю того, кто написал. В основном это были одноклассники.
Помимо записей на стене, мне писали в личные сообщения. Вдруг натыкаюсь на сообщение от Сани: "До встречи, Марк". Я тут же вспоминаю про Саню. Надо ему позвонить, сказать, что я очнулся. Наверняка, он будет очень рад этой новости. Беру с тумбочки телефон и набираю номер Сани. — Саня, это ты? —звонок приняли.
— О, Марк, уже очнулся? Мне твои родители пока не говорили. Очень рад, что с тобой всё в порядке — радостно ответил Саня.