Кажется, со вчерашнего дня Саня домой и не приходил. Я был у него вчера днём, всё было точно так же. В раковине гора грязной посуды, на столе планшет и тарелка с крошками. Я включил Санин планшет. Пароля нет, а на главной странице открыт тот же самый ролик, который мы с ним и с Олегом смотрели вчера, перед тем как пошли на концерт Влада и Алана. Теперь у меня нет никаких сомнений, что домой, со вчерашнего дня, он не приходил.
Где его черти носят?! Я снова достаю телефон, обзваниваю всех: Олега, Дашу, Мию, Алана, Влада. Спрашиваю, не видели ли они Саню. Все сказали, что со вчерашнего вечера они Саню не видели, не слышали, и даже сообщений от него не получали, а его телефон не доступен. Я еду искать Саню.
Где он может быть? На съёмки сегодня Саня точно не мог пойти, иначе бы его кожаная куртка висела на крючке у порога, он её только по вечерам надевает. Сейчас начало октября и днём в ней жарковато. К тому же, не любит Саня днём на мотоцикле ездить, дороги загружены, особо не разгонишься. Не разгонишься...? "Я не в сети"! Кажется, я знаю, где Саня!
— Так, Персик, наелся? Пойдём-ка со мной.
Я взял Персика и вышел из квартиры, закрыв за собой дверь.
Саня любит ездить по ночам по объездной трассе, за городом, там пустая ровная дорога и кругом деревья. Я всерьез беспокоюсь за Саню, как бы с ним ни случилось что-то нехорошее, но тут же гоню от себя эту мысль. А мысль не прогоняется. Она становится все настойчивее… Как бы я себя не переубеждал, в глубине своих мыслей, я понимаю, что с Саней не всё в порядке.
Еду по объездной уже минут десять, всматриваясь в обочины по обе стороны. Стоп! Сердце мое обрывается. У обочины лежит разбитый чёрно-синий Suzuki, номер — "А1017" Это Санин! Останавливаюсь и на ватных ногах иду к мотоциклу. Метрах в пяти от мотоцикла, опёршись спиной о ствол дерева, полулежит Саня, с середины дороги к нему тянется кровавый след. Не на шутку испугавшись, побегаю к нему. Окровавленные, свалявшиеся волосы закрывают его лицо, руки тоже, ободранные и все в крови. Я присаживаюсь перед Саней на колени и убираю с его лица, слипшиеся каштановые кудри. Санино лицо потрясает — оно бледно-матовое, без единой кровинки. В голубых, не моргающих глазах пустота. Сани больше нет.
— Саня... — упираюсь лбом ему в грудь. — Нет! Как так? Ты же...
На лацканы его черной куртки из толстой шагреневой кожи капают мои слёзы. Я обнимаю уже холодное тело Сани, ухом прижавшись к его груди, в котором уже не бьётся его храброе сердце.
Я помню, как мы много раз просили Саню не ездить так быстро, а он говорил, что между храбростью и идиотизмом проходит тонкая грань, называемая смыслом. Смелость от идиотизма отличается наличием смысла совершаемого действия. У него этим смыслом был кайф. Саня говорил, что только в такие моменты чувствует себя живым. Только этот кайф слишком дорого ему обошёлся - ценой в целую молодую, еще толком даже не начатую жизнь.
Из машины выпрыгивает и подбегает к нам с Саней Персик. Он жалобно мяукает, прижимаясь к Сане.
Какое-то время спустя, я слышу, как позади меня, на обочине останавливается автомобиль, но не обращаю на него никакого внимания. Все как во сне. К нам с Саней подходят Влад, Алан, Олег, Даша и Мия. Они все ошеломлены и подавлены не меньше моего. Тихо. Как тихо вокруг...
Я только сейчас отпускаю Саню из своих объятий и закрываю ему глаза. Олег помогает мне подняться. Я вытираю глаза тыльной стороной ладони:
— Прощай, Саня…
Тихо.
Эпилог
Как только я вошёл в двери детского сада, ко мне на встречу выбежала русая, синеглазая девочка.
— Папа! — обняла она меня.
— Привет, родная, — я присел на корточки и обнял её в ответ.
Я снял с крючка белую куртку, чёрные шапку и шарф и начал одевать дочь.
— Слушай, пап...
— Да?
— Я так подумала... А почему меня зовут Саша? У нас в группе есть ещё два мальчика-Саши и одна девочка.
— Сашенька, мы с мамой могли бы дать тебе более редкое имя, — говорил я, завязывая ей шарф. — Но мы назвали тебя в честь нашего лучшего друга.
— Я думала твой лучший друг - дядя Олег. Я не знаю никакого дядю Сашу.
— Конечно, ты и не могла его знать.
— Он что, умер?
— Да он умер, шесть лет назад. Я, мама и дядя Влад даже учились в одной школе. — Я открыл в телефоне фотографию, где были запечатлены я, Олег, Влад, Алан и Саня. Эту фотографию мы сделали в баре, незадолго до того, как Саня разбился.