Вибрирующий пронзительный свист заставил Гирина вздрогнуть, свистел отнюдь не змей-горыныч, стоявший перед ним, пронзительный звук донёсся откуда-то со стороны. Напряжённая шея зверя расслабилась, голова с верблюжьей надменностью повернулась направо. Обернулся и Александр. И оторопел: метрах в десяти от него, опираясь на розовый песок крепкими загорелыми ногами, спокойно стояла молодая женщина в белой спортивной одежде. Женщина приложила указательный палец к губам, и снова воздух разорвал пронзительный вибрирующий свист. Монстр недовольно тряхнул головой, шумно чихнул, будто выстрелил, и шагнул навстречу дерзкой женщине, нервно подёргивая хвостом.
— Бегите! — опомнившись, крикнул Гирин.
— Спокойно, — не повышая голоса, хладнокровно проговорила женщина.
И словно приветствуя бульдогоголового зверя, вскинула правую руку. Холодно сверкнула голубая молния, со звонким щелчком вонзившись в шею чудовища. Длинная шея надломилась у основания, тяжёлая голова, украшенная сверкающими клыками, тяжело, точно куль с мукой, шмякнулась на песок. И уж потом ноги зверя подогнулись, он мягко, как в замедленной съёмке, повалился на бок, взметнув шумные струи золотистого песка. Несколько раз судорожно дёрнулся толстый хвост, сбивая гроздья голубых цветов, бессильно приоткрылась пурпурная пасть, и зверь затих.
Только теперь Александр с неожиданной пронзительной ясностью понял, что нелепая смерть от клыков поверженного чудища буквально висела над ним. В ушах у него зазвенело, будто его атаковала стайка незримых комаров, колени ослабели. Он шагнул к ближайшему камню, сел и некоторое время отходил от напряжения. Услышав шорох песка, Гирин поднял голову — в трех шагах стояла его спасительница. Ровный загар её кожи подчёркивала белоснежная одежда рубашка с открытым воротом и шорты, тонкую талию перетягивал широкий пояс, тёмные, коротко стриженные волосы шевелил тянувший с озера ветерок, светлые глаза смотрели пытливо и доброжелательно. Это была не зрелая женщина, как показалось Гирину сначала, это была девушка, едва переступившая порог зрелости. Александр сразу почувствовал себя свободнее и признался:
— Без вас я бы пропал. — Александр ещё раз, теперь уже с улыбкой оглядел девушку. — Вы как с неба свалились!
Усаживаясь напротив Александра у самой воды, камней на берегу было предостаточно, девушка засмеялась:
— Я и правда свалилась.
Устроившись на камне поудобнее и видя, что Александр не совсем понимает её, она пояснила:
— Спешила очень. Не удержалась на ногах во время приземления и свалилась! Хорошо ещё, что песок мягкий.
— Вы умеете летать?
— Умею, — спокойно ответила девушка.
Александр огляделся в поисках чего-либо похожего на летательный аппарат, но озёрный берег был чист, лишь саблезубый динотерий лежал возле примятых кустов.
— На чем же вы летаете?
— Просто так, сама по себе.
Александр недоверчиво усмехнулся и шутливо спросил:
— А меня научите?
— Если будете послушным и прилежным, научу, — девушка засмеялась, она хорошо смеялась — зубы у неё были ровные, жемчужные. — И диких зверей укрощать научу.
Гирин покосился на поверженного зверя, на его страшную бульдожью морду с бессильно разинутой пастью, на сияющие стальной синевой клыки, наполовину зарывшиеся в песок, и невольно поёжился.
— Да-а! — протянул он, оборачиваясь к девушке и словно заново оглядывая её. — Честно говоря, я так и не понял, как вы с ним справились. Как будто стреляли, а из чего?
Вместо ответа девушка протянула ему правую руку, её указательный палец был украшен перстнем с большим зелёным камнем. Осторожно придерживая тёплые загорелые пальцы, спокойно лежавшие на его ладони, Александр, и так и эдак наклоняя голову, долго разглядывал этот камень, пытаясь обнаружить в нем что-нибудь необыкновенное. Но ничего не заметил — камень как камень, самоцвет. Может быть, малахит, а может быть, и бирюза — Гирин плохо разбирался в таких вещах. Пожав плечами, он вопросительно взглянул на девушку. Она с улыбкой осторожно высвободила свои пальцы и слегка сжала их. И зелёный камень точно ожил, осветился изнутри, заискрился и засверкал.
— Любопытная игрушка, — заинтересованно сказал Александр.
— Это не игрушка, — в голосе девушки прозвучала новая, сочувственная, может быть, насмешливая и холодноватая нотка. Легко поднявшись на ноги, она огляделась и остановила свой взгляд на огненном дереве-гиганте, вздымавшемся не только над кустарником, ной над вершинами других деревьев. И вскинула сжатую в кулак правую руку! Плеснулось свирепое голубое пламя, с треском разодрав воздух, запахло острой свежестью. Вершина дерева-гиганта, точно срубленная незримым топором, дрогнула, качнулась и, ломая ветви, с нарастающей скоростью повалилась вниз. Тучей закружились и поплыли в воздухе огненные листья, протяжно заголосили звери, а может быть, и птицы. Девушка повернулась к Александру, который уже стоял рядом с ней.