Острова, находившиеся в благоприятной климатической зоне, были густо заселены. Поселения иллинов представляли собой просторные озеленённые города, расположенные, как правило, на самом берегу океана. Несмотря на все старания, ни в самих городах, ни в их окрестностях не удалось обнаружить никаких признаков концентрированной промышленности и энергетики. Клим Ждан, так много ждавший от антропоидной цивилизации, брюзжал:
- Цивилизация без науки и производства. Цивилизация без энергетики. Кто в это поверит? Если мы привезём такие данные, Земля добрую неделю будет корчиться от смеха!
- Я тебя понимаю, Клим, - сочувственно согласился Кронин, - меня тоже раздражает Илла. Все тут устроено ужасно не по-земному! Но ведь не мы с тобой её сотворили, так зачем же так расстраиваться?
Он задумчиво погладил подбородок, усмехнулся и добавил:
- Вообще-то, как знать? Может быть, на Илле мы видим собственное будущее? Да-да, - продолжал он про себя, игнорируя насмешливое удивление Клима, - к такому выводу легко прийти, если проанализировать историю человечества с точки зрения юмора. Не стоит доказывать, что количество юмора в общем потоке информации непрерывно возрастает по мере развития человечества. Ты напрасно так скептически улыбаешься, Клим. Я высказываю лишь самые очевидные истины. Современный человек склонён пошутить и подурачиться независимо от возраста, пола и профессии. А попробуй представить себе весельчака инквизитора, который во славу господа бога лично дробит кости еретикам. Или шутника-отшельника, который живёт один-одинёшенек в пустыне, не моется, гордится незаживающими язвами и питается одними акридами. Разве удивительно, что в эпоху инквизиции или фашизма процветали люди жестокие, мрачные и злобные? Это лишь естественно! Теперь же мы наблюдаем прямо противоположную картину. Если хочешь, то склонность к юмору - доминантный признак современного человека. Причём в самом полнокровном генетическом смысле. Ведь если биологическая эволюция человека давно закончена, то социальная только набирает силу. Именно социальные особенности человека определяют естественный отбор, который и не думал прекращать свою деятельность в недрах нашего общества. В частности, отбор идёт и по линии юмора. Жёлчному, сварливому, просто печальному, наконец, человеку сейчас очень трудно найти себе подругу жизни, а поэтому род его закономерно и неизбежно угасает. В будущем довольно-таки мрачный гомо сапиенс вульгарис превратится в совершенно новый социальный вид - в жизнерадостного, неунывающего, смеющегося гомо сапиенса юмористикуса. А вся раса разумных превратится в расу шутников! Иллины - близкий и наглядный пример этой волнующей метаморфозы.
- Фу на тебя, - с досадой сказал Клим, - я надеялся, что в конце концов ты скажешь что-нибудь серьёзное.
- Для серьёзных гипотез нужна хотя бы маленькая зацепка, - вздохнул Кронин.
Скоро такая зацепка появилась. Когда «Торнадо» проходил над Миолой, одним из городов Иллы, расположенным на уединённом островке, облака ненадолго рассеялись. Клим Ждан, мгновенно сориентировался и выполнил отличную стереосъёмку открывшейся панорамы местности. При её анализе обнаружилась важная деталь, совсем не наблюдавшаяся на сделанных ранее радиоснимках, - от города к океану тянулись несколько отличных, хотя и нешироких дорог, сделанных из полированного камня.
- Вот вам и разгадка иллинской цивилизации, - с удовлетворением констатировал Клим, проводя указкой по тонким линиям дорог, - производство этих весёлых паразитиков сконцентрировано на океанском дне и полностью автоматизировано. Все, что нужно для жизни и развлечений, иллины получают по этим дорогам. Им остаётся наслаждаться жизнью.
- Если это можно назвать жизнью, - хмуро заметил Лобов.
- Если они полностью устранились от производства, а похоже, что так оно и есть, это уже не жизнь, а паразитизм на теле машинной цивилизации, - согласился инженер, - которая рано или поздно осознает своё могущество и растопчет иллинские города, как гнёзда муравьёв!