***
На следующее утро Чарли вошел в мой кабинет, едва я успела спрятать готовые корпуса для компьютеров в шкаф.
- Доктор Толбот, а можно, я повожу Влада по цехам?
- Ну конечно, можно: я же разрешила ему приезжать сюда с тобой всю эту неделю. Я не опасаюсь промышленного шпионажа, во всяком случае, с его стороны.
- Почему?
- Потому что он – твой друг.
Чарли слегка покраснел – надеюсь, от удовольствия.
Через пять минут я увидела в окно, что мальчики быстро шли в сторону производственных корпусов, подпрыгивая то ли от нетерпения, то ли от предвкушения. Я вспомнила, как весело они носились вчера и позавчера по двору замка, действительно, как маленькие дети, и осознала, что я уже неспособна на такую чистую и невинную радость. Вот прижаться к груди человека, который стал для меня самым важным на свете...
Я встряхнула головой, отгоняя наваждение, и углубилась в работу, стараясь сделать побольше до приезда Тони.
***
Тони приехал без Питера, но Алекс и Алекс были с ним. Патрика опять не было видно. Не могу сказать, что его отсутствие меня сколько-нибудь огорчило, но я все же удивилась, потому что мне показалось, что он готов был снимать меня без сна и отдыха.
- А где Патрик? – спросила я Тони.
- Так странно, - Тони развел руками. – Он не отвечает на телефонные звонки и сообщения. Я вчера послал ему несколько, полагая, что он примчится быстрее ветра. Он в общем-то не является моим сотрудником – так, свободный художник. Я плачу ему только за отснятый материал, если он меня устраивает. Правда, в компьютерной графике он очень силен, поэтому я часто прибегаю к его помощи на конечной стадии. Такие отношения нас обоих устраивают.
Тут из машины вылез еще один человек, и я шарахнулась от него.
Тони засмеялся.
- Здорово похож, правда? Умничка Алекс так хорошо загримировала его. Я хочу пару сценок снять крупным планом. Можешь опять провести несколько приемов? Он парень здоровый, ему не повредит.
Вылитый Вован. Даже очки точно такие же.
- У меня здесь пруда нет.
- И не надо. Пусть на травку падает.
Алекс распустила мои волосы, я надела вчерашний балахон, и мы приступили к съемке.
***
Через четверть часа парень, загримированный под Вована, взмолился:
- Не могу больше, завтра весь в синяках буду. Что я жене скажу? Не ожидал я столько жестокости от такого прекрасного создания.
- Так и быть, хватит на сегодня, - милостиво разрешил Тони. – Не забудь, Эйприл, сегодня первая реклама в семь вечера.
- В семь часов я буду в тире.
- Какой тир! Ты на пороге мировой славы, брось все дела, садись перед телевизором и наслаждайся!
«Ах, Тони, Тони, - подумала я. – Смешной ты, право. Как можно променять тренировки в центре и возможность пообщаться со Стивом на рассматривание на экране своего лица, которое я могу в любой момент увидеть в зеркале?»
Тони уже направился к машине, у которой ждала его команда, когда вдруг он обернулся и спросил:
- Этот русский мальчик, Влад, еще долго будет здесь? Мне бы хотелось его поснимать немного, он очень естественно ведет себя перед камерой.
- Он улетает в Москву в субботу. Поспеши. Но каждый день с утра до вечера он будет здесь. Милости прошу.
Я поехала на тренировку, как ни в чем ни бывало, а когда вечером посмотрела рекламу в записи, я была потрясена. Наутро я проснулась знаменитой.
Часть VI. “Всемирная слава” Глава 1 – (VI). Королевский подарок
На следующее утро после показа рекламы бабушка позвонила мне, как только я переступила порог своего кабинета. Она точно знала, когда я прихожу на работу.
- Ты только скажи мне, это действительно ты, или компьютерный трюк? Если бы это была реклама косметики, я бы точно подумала, что это «Фотошоп» или, возможно, какая-то более продвинутая программа, я ведь в этом не разбираюсь. Однако название нашей фирмы заставило меня засомневаться. Эйприл, ты снималась в рекламе?
- Да, бабушка, - вынуждена была признаться я.
- Оставим в стороне этическую составляющую вопроса. Твоя жизнь, твое право. Но сама реклама – это шедевр. И именно поэтому я боюсь, что тебя теперь будут узнавать на улицах все, кто видел ее хотя бы краем глаза. Тебе опасно появляться в людных местах.
Я посмеялась над ее опасениями.
Но Саймон, который позвонил мне сразу же после бабушки, практически повторил ее слова.