- А откуда тебе знакомы его произведения? Я никогда их не слышала раньше.
- Он мне доверяет, поэтому я в курсе всех его музыкальных творений.
- А как его зовут?
Секундное замешательство.
- Он не хочет, чтобы о нем узнали широкие слои публики, он очень замкнутый и ранимый, боится критики.
Уж не Чарли ли это случаем? Стив мне когда-то о ранимости гениев говорил, имея в виду Чарли. Хотя, вряд ли. Саймон наверняка проговорился бы. Ладно подожду, Стив ведь сказал «очень скоро».
Во втором эпизоде Афродита опустилась на океанское дно. Зеленые волосы очень шли зеленым глазам, и даже русалочий хвост не портил общей картины. Да, компьютерная графика была на высоте, Тони не зря просил «одолжить» Чарли для будущих клипов. И снова колдовская музыка, с первой ноты берущая в плен. Мне удалось вырваться из этого плена через несколько минут и я начала мыслить трезво. А не перегнул ли Тони палку, описывая чудесные свойства нового компьютера? А вдруг люди, которые купят его с целью полетать, подобно бабочкам, начнут жаловаться и требовать возврата денег, потраченных впустую? Стив посмеялся над моими опасениями:
- Да, Афродита моя, совсем ты от земли оторвалась. Мы же не для маленьких детей рекламу делаем! Все всё понимают, не надо считать людей идиотами. Пусть помечтают немного, когда любуются твоей непревзойденной красотой. Ведь именно это главная цель Тони.
***
Утром в пятницу по дороге на работу я заехала практически уже привычным маршрутом в Колледж. Нашла врача, ставшего уже почти приятелем, и спросила его, записал ли он фамилии тех людей, которые отдали свою кровь Чарли.
- Да, обязательно. У нас ведь не было времени проверять группу и резус. Даже маленькая порция положительной крови могла убить Чарли. Потребовалось бы расследование. Поэтому у всех доноров проверили документы. Хотите список?
- Я была бы очень благодарна, доктор.
Этот список не совпадал с тем, что дала мне Тамара. Я подумала, что нечто подобное случилось, когда устанавливали камеры в моем саду. Только тогда секретарша забыла внести в список Пола Бика, а доктор из Колледжа, наоборот, приписал какого-то Т.Бараташвили. Я смотрела на новую фамилию и не могла вспомнить никакого грузина среди моих работников. Поэтому в городке я сразу пошла в поликлинику.
- Тамара, Вы не можете мне объяснить, - и тут я осеклась, потому что до меня дошло. – Почему Вы не внесли себя в список доноров?
- Я врач, и спасать людей от смерти – мой долг. Мне не надо награды за это.
Я мучительно раздумывала, как выйти из такой неловкой ситуации, не потеряв лица.
- Хорошо, в таком случае, возможно, есть какие-то пожелания, как улучшить работу поликлиники. Скажем, новое оборудование обрадует Вас?
Тамара усмехнулась.
- Конечно, доктор Толбот. Аппараты как магнитно-резонансной, так и компьютерной томографии. Только это ведь из области сказок.
- Как знать, как знать, - задумчиво проговорила я.
***
Вечером я поехала в спортзал, потому что Стив разрешил мне «немного размяться, но особо не усердствовать». Примерно через час он решил, что с меня хватит, и отправил меня домой готовить ужин. Стив не знал, что я схитрила и снова взяла из столовой еду, приготовленную по моему рецепту китайскими поварами. Поэтому в его доме я продолжила то, что делала в квартире Стива в Центре, а попросту – исследовала его кабинет в поисках семейных фотографий.
Но мое внимание привлекла книга японских гравюр, я решила передохнуть от своей бесполезной работы, потянулась за книгой, стоявшей довольно высоко на полке, и не удержала ее в руке. Из книги выпала и мягко опустилась на ковер какая-то фотография. Я бросилась к ней, как охотник к подстрелянной дичи. На фотографии был мальчик, который смотрел в сторону, не в камеру, и смеялся так заразительно, что хотелось немедленно присоединиться к нему. И это был не просто мальчик, а … Лоренс!
VII. Глава 8. Сын Анны Гарлик
Когда Стив вернулся домой, он застал меня сидящей на полу в его кабинете и льющей горькие слезы. Он тут же сел со мной рядом и обнял меня.
- Что случилось, Эйприл?
- Стив, откуда у тебя фотография Лоренса?
Стив отобрал у меня снимок и встал. Голос за моей спиной звучал глухо.
- Эйприл, это моя фотография. А кто такой Лоренс?
- Моя детская любовь. Я видела его всего один раз в жизни. Нам с ним обоим было по шесть лет, и мы играли вместе в имении лорда Чарльза, двоюродного брата леди Маргарет, мамы Лоренса. Я тебя не слишком запутала?