- А это ты откуда узнал? Догадался или опять магию применил?
- И магия не понадобилась. Те военные, которые руководили операцией, мне сами позже рассказали, хвастливо и без утайки. Мушарраф показал мне на карте расположение базы того отряда, с которым работали приехавшие к нему военные специалисты. Их биологические следы тоже были обнаружены на теле Лоренса. Только поэтому полиция выделила мне пару своих сотрудников, хотя и неохотно, чтобы допрос террористов выглядел более-менее легальным. И я поехал на базу в сопровождении приданной мне группы солдат и полицейского наряда. В сам лагерь, огороженный высоченным забором из колючей проволоки, нас отказались пропустить, разрешив вход только одному человеку. И это при том, что у нас был специальный мандат, подписанный самим премьером! Вот я и отправился один.
Я потянулась к стакану с водой, и Стив с тревогой заглянул мне в глаза.
- Продолжить?
- Мне очень страшно, но, пожалуйста, не останавливайся.
- Пистолет мне позволили взять с собой, точнее, попросту не обратили на него внимания, хотя он угадывался под расстегнутой курткой. Я был в самом сердце вооруженной банды, меня они не боялись. В главном офисе штабного домика я обнаружил компанию, знакомую мне по видеозаписи с внутренних камер резиденции премьера. Все, как один, за исключением, естественно, того, кем они пожертвовали за ненадобностью. Увидели меня, хищно ощерились. Я сразу выделил главарей, которых собирался допросить, остальные меня мало интересовали. Очень миролюбиво я предложил остаться со мной для разговора двух кадровых военных, а всех прочих покинуть помещение. И они согласились! Видимо, для них это было редкое развлечение: жертва пришла сама, да еще и права качает, не подозревая, какой печальный конец ее ждет. Мандат, подписанный Первезом, они демонстративно разорвали на моих глазах, мерзко ухмыляяь при этом. Я попросил их рассказать о том, как они похитили, а потом убили моего брата – и они взхлеб, перебивая и дополняя друг друга, бросились красочно, во всех подробностях описывать то, как они наскоро спланировали убийство, а потом успешно осуществили свой план. При этом они не стеснялись отпускать грязные шуточки в адрес самого премьера. «Что, мальчик-красавчик, тебя одного не хватило, чтобы удовлетворить нашего шалунишку? Пришлось еще одного сладкого мальчика на подмогу вызвать?» Когда они вдоволь наговорились и нахохотались, то вдруг догадались взглянуть прямо мне в глаза. В них они прочли свой смертный приговор. Только один из них успел снять пистолет с предохранителя, потому что он был вторым, в кого я выстрелил.
- Погоди-погоди! Значит, ты выстрелил в них внезапно, без предупреждения? Это ведь тоже против закона, как-то по-бандитски!
- Интересно, сколько времени ты затратила на предупреждение Пола Бика, прежде чем выстрелить в него?
- Тогда был иной случай. Я защищалась: он ведь хотел убить меня!
- Успокойся. Я тоже защищался. Они уже, не скрываясь, вытащили свои пистолеты и открыто угрожали, собираясь меня убить, но не сразу, а сначала ранить, чтобы потом еще замучить до смерти, как Лоренса.
- Они прямо сказали тебе об этом?!
- Нет, они обсуждали между собой, кто и куда выстрелит первым. Говорили они на урду и, очевидно, не предполагали, что я их понимаю. Они договорились, что по команде старшего по званию, когда он крикнет «Стреляй!», второй выстрелит мне в ногу, желательно в колено. Возможно, будучи кадровыми военными, они были слишком высокого мнения о своих профессиональных качествах и, соответственно, не были готовы к моей реакции. Шансов им, сама понимаешь, я не оставил. Что ж, их пистолеты мне очень пригодились, потому что тут же в кабинет ворвалась целая группа боевиков. Я расстреливал их до тех пор, пока весь дверной проем не заполнился мертвыми телами. Все-таки плохо их подготовили военные инструкторы. Лезли напролом, никакой фантазии.
- А потом? Нужно же было как-то выбираться из лагеря! А сопровождавшие тебя военные и полицейские пришли к тебе на помощь, когда услышали выстрелы?
- Не успели. Только один из них сумел выйти из машины. Остальные были убиты прямо внутри.
- Не понимаю, каким образом ты умудрился выйти живым из такой передряги, - я снова схватилась за стакан.
- Те же самые слова я потом слышал не раз от множества людей, в том числе и от премьера. Самое смешное, что я и сам толком не понимаю.