К нашему столу подошла официантка и протянула меню на английском языке.
- Саймон, что ты нам посоветуешь? – спросил Стив.
- Мясо на гриле почти всегда превосходно. Кажется, это единственное, что болгары умеют делать. Можете попробовать ракии. Тогда к ней полагается заказывать салат «Шопский». Возможно, это дело привычки, но мне нравится.
Мы заказали и ракию, и салат, и много мяса на одном большом блюде. Ели сначала с опаской, но распробовали, и все нам показалось очень вкусным.
- Саймон, ты обещал рассказать, почему цыгане ушли из вашей деревни, - вдруг вспомнила я, когда стаканчик ракии наполовину опустел.
- Есть в деревне один тип, с которым вы неизбежно познакомитесь, - начал Саймон.
- Почему? – спросила раскрасневшаяся Рейчел. Удивительно, обычно она совсем не пьет крепких напитков, а сейчас ее стакан стоял почти пустой.
- Он обожает повыпендриваться перед иностранцами. Забавный парень до невозможности. Зовут его Миро. Он говорит, что у него три университетских диплома. Причем, их число варьируется в зависимости от количества выпитого и состава компании. Настолько надменный тип, насколько может быть крестьянин, выбившийся «в люди». Он дослужился до клерка спортивного отдела в местном муниципалитете, поэтому относится свысока к своим деревенским собратьям. Он называет их циклопами.
- Он настолько образованный, что знает это слово? – пьяным голосом осведомилась Рейчел.
- Очевидно, это остатки школьных знаний. Раньше в Болгарии школьное образование очень много заимствовало у Советского Союза и было не последним в Европе. Чего не скажешь о нынешнем. Особенно это относится к так называемым университетам. Так что моего приятеля Миро трудно назвать интересным собеседником. Он немного говорит по-английски, но считает, что владеет языком в совершенстве. Поэтому я иногда развлекаюсь тем, что произношу длинные и часто бессмысленные фразы, как сэр Хамфри из фильма «Да, министр». Забавно наблюдать, как он теряется, но ни за что не признается, что ничего не понял. Болгары в этом отношении народ любопытный. Считают себя самой талантливой нацией на свете. Никогда не говорите ничего критического в их адрес – наживете смертельных врагов. Так вот, у этого совершенного обалдуя есть два замечательных друга. До встречи с ними я думал, что здесь вообще только идиоты живут. Ничего подобного! Оказывается, как, наверное, и везде, в Болгарии есть нормальные, образованные, интересные люди с прекрасным чувством юмора. Почему-то все приличные мужики, которых я здесь встречал, работают в полиции или в органах безопасности. Так ведь и в Англии с известного времени полиция укрепилась некоторым количеством недурственных мозгов, - он приподнялся и шутливо поклонился Стиву.
Стив легко вскочил и ответил ему таким же поклоном.
- Эти два друга сыграли в нашей истории значительную роль. Миро отличается вспыльчивым характером. Мне кажется, что он просто ненормальный. Иногда он бросается на людей, как дикая собака. Особенно на цыган. Честно говоря, не знаю, как он их отличает от болгар. Но суть в том, что он их на дух не выносит. Как-то мимо его дома по улице шли двое цыган. Шли себе, никого не трогали. Миро выскочил из дома с пневматической винтовкой и стал в них стрелять. Слава богу, стрелок из него никудышный, хоть он и хвастается, что был в молодости «коммандос». Он ранил одного из мужчин в ногу и гордо удалился домой. Но дело на этом не закончилось: цыгане взяли да и подали на него в суд. Миро привык к своей безнаказанности и потому оторопел. Когда судья спросил его, как же такой образованный член общества, с университетским дипломом, мог стрелять в человека, Миро искренне изумился. «Я не стрелял в человека»,- сказал он. «Как же так? – пришла очередь удивляться судье. – Вот же гражданин Цанко Иванчев говорит, что Вы его ранили в ногу.» «А, Цанко, - с облегчением говорит Миро, - так он же не человек, а цыган».
Мы засмеялись, хотя история жутковатая.
- И что же с ним сделал судья? – спросил Джордж.
- Ничего. Пожурил и отпустил. За Миро заступились его высокопоставленные полицейские друзья. Правда, он об этом не подозревает. Может быть, напрасно они ему не сказали. Теперь он словно с цепи сорвался. Чувство вседозволенности, умноженное на слабые от рождения мозги, сделало его настоящим маньяком. Но все цыгане после этого случая ушли из наших краев.
- Так, может, с ним опасно встречаться? – испуганно спросила Рейчел.
- Не бойтесь, мадам. Когда я услышал эту историю от одного из его друзей, я приобрел пневматический пистолет. И вообще, в компании английского констебля нам ничего не грозит.