Утром в воскресенье позвонила Маргарет.
- Я знаю, что ты хорошо себя чувствуешь – общалась с Саймоном. Я ведь его с детства знаю и мы с его родителями возобновили нашу старую дружбу. В общем, в следующую субботу на утренний кофе в доме Сеймуров я приглашена. Надеюсь, ты не возражаешь?
Я обрадовалась и не преминула сообщить об этом Маргарет. Мне так хотелось узнать будущую бабушку моего сына поближе! Почему сына? Он мне давно снился, я привыкла называть ребенка Лоренсом и отказывалась даже на секунду согласиться с тем, что это будет девочка. Да, перспектива появления на свет маленькой зеленоглазой ведьмы становится все более туманной, но я приложу все силы, чтобы Лоренс родился здоровым.
***
Через три недели в церкви состоялась служба в память о моем отце – прошел год со дня его смерти. На службу приехали мои бабушка и дедушка Баркли, которых я теперь, к сожалению, очень редко вижу, потому что они переехали жить в Корнуолл. Папа был их единственным сыном, а я, стало быть, являюсь их единственной внучкой. Поэтому они всегда приезжают к нам на Рождество. На этот раз повод был печальным, но я сразу же поделилась с ними новостью, что они, пусть и не очень скоро, станут прабабушкой и прадедом. Сколько же радостных слез вызвало мое признание!
- Если будет мальчик, то назови его, пожалуйста, в честь отца Джеймсом, чтобы хотя бы одно из имен напоминало о нем, – попросила бабушка Каролайн.
Ах да, я почти забыла, что дедушка с бабушкой всегда называли папу Джеймсом, а мама и Эмилия – Питером. Я обещала. Всегда можно объяснить, ничуть не погрешив против истины, что это имя дано моему сыну в честь его деда. Все подумают, что речь идет об отце Майкла. Итак, Лоренс и Джеймс – два имени уже выбраны. Не слишком ли рано я озаботилась этим вопросом? Есть дела и поважнее. Но главное – доктор Фейлинг уверяет меня, что беременность протекает нормально, и уже скоро можно будет безошибочно определить пол ребенка.
Все счастливы, кроме Майкла, который ходит чернее грозовой тучи. Но теперь маме и Эмилии нет до него дела. Они ждут внучку, самую прекрасную девочку на свете.
Глава 3. Эпилог
Письмо от ректора Университета, хотя и весьма простое по содержанию, меня заинтриговало. Приглашение прибыть в Кембридж 14 декабря, чтобы принять участие в торжественной церемонии расставания с нашим любимым сэром Тернеллом, который нет, не умер, хвала Господу, а просто уходит в отставку по состоянию здоровья. Я немного взгрустнула, вспомнив нашу последнюю встречу, когда он действительно выглядел постаревшим и усталым. А заодно вспомнила и его слова о том, что вместе с профессором Минамото он готовит мне сюрприз. Возможно, я узнаю, какой именно.
Живот пока не выпирает, я могу носить любую старую одежду, и Тони беззастенчиво пользуется тем, что моя беременность пока незаметна. Он, конечно, в курсе моего состояния и уверяет, что я стала еще соблазнительней – цвет лица такой, что грех пользоваться гримом. Возможно, он прав: когда, очень редко, я выхожу на улицу даже в Бэрстеде, встречные люди останавливаются, как громом пораженные. Вот Тони и приезжает ко мне в любой день, когда ему необходимо сделать побольше заготовок для будующих клипов, ведь скоро мне будет трудновато порхать перед камерой. Мою идею с ожившей картиной он воспринял с большим энтузиазмом, а когда увидел Мадонну, то пережил шок. Правда, пережил его быстро и с пользой: снимал меня потом на фоне картины и без нее, но в розовом платье, три дня подряд практически без перерыва. Отсутствие Стива его, само собой, удивило и расстроило.
- Обидно, конечно, что Стив решил поработать где-то за границей, – сокрушался Тони. – У меня столько идей было, столько замыслов!
Я краснела в ответ на его причитания. Тони не знал, почему вдруг исчез Стив, но мне как виновнице этого события всегда чудился укор, когда кто-то говорил о таинственной и внезапной отставке главного констебля графства Кент. Просто удивительно, что скандал не просочился в прессу. Расследование, которое инициировал Майкл, было прекращено за отсутствием состава преступления, как ни старался мой муж убедить компетентные органы в том, что Стив – законченный злодей. В полицейских кругах имя сэра Стивена Роквуда было легендой – так же, как имя ад-Дахиля в кругах антитеррористических. Тем не менее, вслед за Стивом в оставку вышел и его отец.